Дотянуться до звёзд

– Извините, Миранда, Пол, – проговорила миссис Дрейк, вставая. – Мне нужно переговорить с Уэсом. Наедине.

Я поднялся и прошел следом за ней в гостиную.

– Уэс, – сказала она, и ее голос дрогнул. Она боялась. – Это так опасно. Ну, какой из Коннора солдат? Он не создан для того, чтобы… брать в руки оружие и сражаться… – Она покачала головой, ее глаза округлились – она не могла поверить в происходящее. – Я не понимаю. Откуда у него эта идея?

– От меня, – через силу произнес я. – Он услышал это от меня. Я пытался придумать, как оплатить последний год обучения в университете, и подумывал о возможности записаться в армейский резерв.

Миссис Дрейк схватила меня за плечо.

– Я запишусь. Отправлюсь вместе с ним. Мы сделаем это вместе, как делали все до сих пор.

Глаза миссис Дрейк блестели от слез, но теперь в них забрезжила надежда.

«Как я могу отказаться?»

– Я запишусь. Все будет хорошо.

– Ты можешь присмотреть за ним? Он совершенно не приспособлен для такой жизни. – Она сжала губы. – Боже, неужели уже слишком поздно? Мы не можем вернуться на призывной пункт и сказать им…

– Все будет хорошо, – повторил я. – Один выходной в месяц.

– Все будет хорошо, – сказал я в третий раз.

Больше мне нечего было ей предложить. Я не мог предсказать будущее, не мог сказать ей, что боюсь за Коннора не меньше ее. При мысли о том, что мой беззаботный друг возьмет в руки оружие или, еще того хуже, направит его на другого человека, мне становилось тошно. Вслух я сказал:

– До этого не дойдет. Все будет хорошо.

Виктория обняла меня и прижалась щекой к моей груди. Я неловко похлопал ее по спине, потом она отстранилась и поспешно утерла слезы.

– Спасибо, Уэс. Прости, мне нужна минутка… Это величайший страх каждой матери.

Она посмотрела на меня.

– Мы заботимся друг о друге. Моя семья и твоя.

– Ага, – ответил я. – Так и есть.

– Ты позаботишься о нем, Уэс. Правда?

– Сделаю все, что в моих силах.

Она снова утерла щеки, потом поправила юбку.

– Пойду распоряжусь, чтобы твоей матери упаковали еду с собой.

Я вышел на улицу и присоединился к Отем и Коннору. Коннор сидел на ступеньках заднего крыльца. Отем стояла на газоне чуть в стороне, спиной к нам.

– Мама очень сердится? – спросил Коннор.

Его недавняя бравада растаяла, голос звучал тихо, обессиленно.

– Немного, – ответил я, не сводя глаз с Отем. – Я ей сказал, что тоже вступлю в армию.

Отем резко повернулась ко мне.

– Что-что ты ей сказал?

Коннор покачал головой.

– Нет. Ты не обязан…

– Это же я подал тебе эту дурацкую идею. К тому же мне нужно оплатить последний год учебы в Амхерсте. Возможно, я в любом случае записался бы. Похоже, ничего другого мне не оставалось, так что сделаем это вместе.

Отем переводила взгляд с меня на Коннора и обратно, потом резко отвернулась.