Доступ к телу

Еще не требовательным, «стартовым», предупреждающим о том, что разгорится этот пожар не на шутку.

Я была готова подбрасывать в этот костер дрова.

Эти губы… Этот запах… Эти мощные плечи… Вчера я думала, что попрощалась со всем этим навсегда, а сегодня в жизнь воплощался самый лучший сценарий. Большой, горячий Гранд, готовый сейчас вершить со мной все. Его дерзкие пальцы уже распахнули врозь блузку, а после испортили бюстгальтер – просто «щелкнули» его тонкую перемычку между чашками и груди выскользнули наружу.

А дальше пелена. На его глазах и на моих. Гранд настолько ярко наслаждался тем, что вывалилось из чашек, что его длинные выдохи с низким звуком казались мне урчанием довольного кота.

– Сними… – попросила я, забираясь пальцами под край одежды, чтобы нащупать накачанный пресс.

Мне мешала его водолазка – ее не стало спустя одно короткое движение. Мешали его джинсы – хватило раза дернуть за ремень, чтобы Гранд снял и отбросил их прочь вместе с трусами. Счастливый момент. Я торчала, как последний обколыш, когда держалась за вставший член и понимала, что мои пальцы даже не смыкаются. Куда делась моя одежда, не знаю, мне было все равно. Сейчас казалось, что я родилась голой специально для этого момента. Желанием Гранда сносило, мощь и неторопливость – убийственное сочетание, – а я не могла и не хотела дойти до спальни, чувствовала, что уже горячая, что хочу его прямо здесь. И потому потянула за член на себя – показательный жест.

Ох, эта дерзкая усмешка и взгляд «моя торопливая девочка». Но он так пах, что я готова была утыкаться в его кожу. Был таким сильным, горячим, большим, откуда взяться терпению?

– Я все тебе дам, – пообещал тихо.

Череда вкусных поцелуев, а после ладонь, указавшая «раздвинь бедра».

– Кажется, кто-то рад моему приезду, – шепнула я прерывисто.

Ответы спокойные и жесткие.

Этот мужик был шире меня, выше, больше раза в полтора. От этого понимания сносило. А когда в проход уткнулось то, по чему я скучала ночами (и днями), я покорно выдохнула и обвила мощную шею. Он входил в меру быстро, в меру медленно, поступательно – вклиниваясь, требуя больше пространства, создавая под себя. И теперь мне было все равно, что для этого пришлось куда-то ехать, ругаться, спускать машину в реку – Гранд стоил всего, этот процесс тоже. Я была просто скользкой, я просто трахалась, в лучшем смысле этого слова. Открывалась для шикарного члена, позволяла в себя втыкаться, подбрасывать, катать – и ничего больше не нужно! То, как дышал Гранд, было песней для моих нимфоманских ушей – то медленно и шумно втягивал воздух, то выпускал его, то прерывался, то издавал стон-рык, от которого мне хотелось «дать» еще сильнее.

Не помню, откуда взялась спальня – наверное, мы решили, что там удобнее.