Корпулентные достоинства, или Знатный переполох. Дилогия (СИ)

И всех ее возможностей не знает никто. Да что это мы лясы точим? — встрепенулась она, явно переводя тему разговора. — Завтракать вам нужно! А то ведь совсем скоро дед придет и поведет вас знакомиться с лесом.

На языке вертелось просто кошмарное количество вопросов, но настороженный взгляд девушки заставил их придержать при себе. Видимо, ей что-то не понравилось в моей реакции на обычные для нее вещи, а может, она просто не знала, чего ожидать от меня. И все же от одного вопроса я не удержалась:

— Лена, скажи, мне есть чего здесь опасаться? И называй уже на ты, не нужно выкать. Мы же почти ровесницы.

— С чего вы… ты решила, будто тебе что-то угрожает? — удивилась она.

— Ну, хотя бы потому, что ты не хочешь мне ничего рассказывать…

— Ох, да дело ведь не в этом! — всплеснула она руками. — Просто начни я сейчас рассказывать о тех, кто здесь обитает, только напугаю, а ты ничего не поймешь!

— Что же я должна понять?

Девушка закусила губу, ее хвостик, который до этого был обмотан вокруг талии и который я приняла за пояс, освободился и нервно подрагивал.

— Давай, я отвечу на этот вопрос сегодня вечером? — наконец, ответила она.

Не оставалось ничего иного, как согласиться, потому что я здесь гостья, и только от хозяев зависит, каким будет мое пребывание здесь.

***

Завтрак был очень вкусным и сытным. Я непроизвольно покосилась на свои бока, которые за зиму совсем спали. Теперь я с гордостью могла сказать, что достигла комфортного для меня размера, пусть и не модельного. Хотя, если бы поднапряглась, то вполне могла добиться и этого, но мне оно надо — терпеть такие лишения? Я ведь и худела для собственного здоровья, а не чтобы соответствовать чьим-то стандартам красоты. И когда организм привык, что его нормальный вес именно такой, давить на него дальше не было никакого желания. Теперь я позволяла себя больше вкусненького и вредного — постоянно держать себя в руках еще то удовольствие, а потому некоторые послабления воспринимались как праздник! Но все равно умеренность я продолжала соблюдать.

Здесь же о моих предпочтениях знать не знали, а потому вкусные пироги на любой вкус, к которым я всегда имела слабость и старалась употреблять в ограниченных количествах, лежали горками, и отказать себе в маленьком празднике желудка не было никаких сил.

Усилием воли отложив последний откушенный пирожок с повидлом, ибо глаз видит, а зуб уже просто неймет, я спросила:

— Так, говоришь, когда дед Пихто придет?

И в этот момент от двери раздался раздраженный голос:

— Так уже пришел! Только и жду, когда завтракать закончите! — проворчал. — Пошли уж! Ленка, а ты чего стоишь? С нами пошли! Или я один должен язык тренировать?

Так втроем мы и отправились, как выяснилось, в ближайший город.