Жаркий, ты достал!

А то бы я тебя в шкаф спрятать успел.

– Аааа, за что мне это? – застонала Ева.

– Да не переживай ты так, – Алка погладила расстроенную девушку по плечу. – Ты нам всем очень нравишься, и мы очень даже за, чтобы ты встречалась с Данькой.

– Мы. Не. Встречаемся, – снова попыталась настоять на своем Ева. – Да я этот детский возглас “Мама, там тетя!” никогда не забуду.

– А я тебе предлагала еще тогда этому балбесу тогось, – Алла, выпустив руку Евы, положила кулачок на кулачок и покрутила их.

– Рыжая, – раздалось угрожающим тоном.

– Говорю же – дурак, – фыркнула Алла, бросая на брата красноречивый взгляд.

– Ев, ну я не специально, честное слово, – Данил оттеснил сестру от расстроенной Заучки. – Я тогда на самом деле забыл, что обещал Денису присмотреть за мелкими. У нас выдалась очень тяжелая ночь. А сейчас, – он осторожно приобнял Еву за плечи, притягивая к себе, – тоже случайно. Или мне надо было в кусты прыгнуть?

– Дурак ты, – усмехнулась Ева, прислоняясь к боку Даньки. – Надеюсь, у Любы хватит ума не устраивать скандал. Должна же понимать, что может лишиться работы, – она снова вздохнула.

Возможные проблемы в коллективе Евку волновали, а еще волновала своя собственная реакция. И если появления Дениса она испугалась, то на Любу разозлилась. Потому что знать, что у Данила был кто-то и встретится с этим кем-то – это две большие разницы. Ревность – весьма тревожный звонок, значит, всё выходит из-под контроля. Придется закончить их не-отношения. Не сейчас, через недельку, наверное.

– Странно было бы, если бы у меня не было никакой личной жизни, – тем временем продолжал Данька, даже не подозревая о мыслях Евы.

– Да при чем здесь твоя личная жизнь? Была до меня, будет и после. Меня это совершенно не волнует, – соврала Ева. – Мы оба взрослые люди. Свободные взрослые люди, – подчеркнула она.

Данила слова девушки неприятно царапнули. Его вот отчего-то очень волновала её возможная личная жизнь. И действительно было стыдно за случившуюся сцену.

– Ев, ну ты на меня не злишься? Я хороший, – промурлыкал Данька.

– Балбес ты хороший, – закатила глаза Ева. – Нет не злюсь. Ты меня бесишь.

– А, значит, все в норме, – он тоже улыбнулся. Инцидент можно считать исчерпанным.

Алла шла за парочкой в двух шагах, и имела возможность наблюдать невозможную картину: оболтус-братец, нежно обнимая, что-то нашептывал Еве. Это чудище, сбегавшее от девчонок так, что сверкали не только пятки, выглядел и в самом деле виноватым. Не отношения у них, ну-ну. Да тут вовсю лямур, или она не умеет правильно складывать дважды два.

Рыжая очень сомневалась, что в Евкином характере так доверчиво прижиматься ко всем парням.