Доски судьбы

Это можно прочесть в таких словах, как дорога — путь для

большого сильного движения, и тропа — путь для слабого, затрудненного движения, где "трудно" идти, а движение бесплодно

тратится. Между делом и трудом та разница, что труд может быть хотя и трудным, но бесплодным, а дело, хотя и легким, но всегда

Таким образом, труд относится к владениям числа 3, а дело строит свой мир под знаком два.

Те, кто принимает слова в том виде, в каком они поданы нам разговором, походят на людей, верящих, что рябчики живут в лесу

голые, покрытые маслом и сметаной, — в каком виде они бывают поданы ко столу.

В старинном противоречии легкого и властного дневного, похожего на день духа и трудного и темного, похожего на тень тела и

туши (туловища), тоже скрыта граница владений двух и трех.

Наконец возьмите два слова, даровитый и тароватый. Даровитый — чье дело дает да, идет к успеху; тароватый тот, кто раздает, тратит себя.

Или затор, когда лед на осенней Волге мешает движению судов, и задор, то есть то свойство души, которое желает движенья и

Доля путь в будущем, тот путь, по которому дано идти; "только", точка, тын, тыл, темь — конец пути, остановка.

происхождением с родителями.

Родственны тройке понятия смерти: труп, труна, туша, травить, трата, трение, трусость, тухнуть, тело.

Трава мешает ходить ногам человека, задерживает. Яд останавливает движение жизни. Отсюда трава и название растения и имя яда.

Напротив, душа, дело, добро, дорога родственны двум.

Придайте человеку такие размеры, чтобы то небо, на которое мы смотрим, помещалось бы на одном полушарии его кровяного

шарика. Он будет велик. И все же его спутниками будут все те же числа, которые знаем и мы, так как ряд чисел не меняется от

И легко доказать, что из всех чисел вида х=3.22n (n = переменная величина, которою может быть любое из чисел) он будет знать те же

два числа 48 и 768, как и мы. Роковая черта, замыкающая наш опыт, заключается в том, что для больших чисел не они укладываются

в нашем опыте, но наш опыт, как песчинка, целиком исчезает в громадах времен, погребенный внутри этих чисел-утесов.

Похожее на небоскреб наше уравнение так быстро уходит вверх, что кроме первых значений 48, 768 и следующего 196 608, которое

человека-великана. Утешением может служить то, что благодаря этому необходимая доля тупоумия равномерно розлита по

кругом единицы (познающее я) попадает только несколько первых, главам образом, 48 и 768.

Вот почему они так сильно повторены в нашем мире, точно одно и то же пламя в бесчисленных зеркалах. Во времени они соединяют

последовательные звенья подобной цепи, в которой убыль уравновешена с ростом, и нет ни роста, ни упадка. Это объясняется тем, что они составлены произведением чисел 3 и 2, уравновешивающих друг друга.