Дороже всего на свете

– Ты не доверяешь мне?

– Не знаю.

Это откровенно обижает. Сердито сдвигаю брови.

– Если бы я хотела тебе навредить или совершить какую-нибудь глупость, то давно бы это сделала. Но я не знаю, куда бежать, где прятаться, и создавать тебе проблемы тоже не хочу. Ты мог бы по своим каналам договориться, чтобы мне сделали новые документы. Я бы все переписала на тебя. За бизнес отца не держусь и никогда не хотела быть наследницей. На том бы и разошлись. Зачем это все?

– Активы твоего отца всего лишь формальность. Отжать у него деньги – не такая уж и проблема. У Гроу есть компромат на людей, именно это – основная цель Версаля. Передать информацию твой отец отказался. Я обещал найти флешку с компроматом в обмен на то, чтобы тебя никто не трогал и никак не вредил. Поэтому, если хочешь и впредь оставаться целой и невредимой, занимайся ребенком и делай то, что я говорю. – Леон открывает ноутбук и поворачивает его ко мне. – За работу.

Внутри зарождается дикая злость вперемешку с надеждой. Слова Леона крутятся в голове будто на повторе: «Я обещал найти флешку с компроматом в обмен на то, чтобы тебя никто не трогал…»

Это значит, что я ему не безразлична? Из-за меня он пошел на риск. Поэтому так холоден? Но я никого не просила о помощи или защите! Тем более такой ценой.

– Ты как-то рассказывал о своей невесте, которая принесла себя в жертву ради твоего благополучия, и очень осуждал Ксанту за этот поступок. А сам?..

Леон кажется обескураженным, но совсем ненадолго. Спустя мгновение он смотрит на меня так, будто пытается расчленить взглядом. Не выдерживаю напряжения и опускаю глаза на его пальцы. Те сжимаются в кулаки.

– Время идет, Александра. Мне нужен пароль, а ты хочешь получить свободу. Когда все закончится, каждый останется при своем.

– При своем? Это как?

– Я с Мией. Ты со свободой.

У меня, наверное, стокгольмский синдром. Это единственное объяснение, почему в первые секунды после услышанного я испытываю боль от одной только мысли, что с Леоном и впрямь придется расстаться.

11 глава"

"Жалость к себе накатывает волнами. То больше, то меньше. Когда терпеть этот шторм становится невыносимо, решаю заняться тем, что у меня отлично получается. Сходив в дом за своим ноутбуком, я располагаюсь в кресле рядом с Леоном.

Любопытно заглянуть в святая святых соперницы, очень любопытно. Ведь непонятно, что могла сделать такая умная, расчетливая женщина. Она проработала с Дамианисом бок о бок много лет, вышла за него замуж, родила ему ребенка – и вдруг впала в немилость. Хотя кое в чем мы обе просчитались. В своих чувствах к одному и тому же мужчине.

На лету придумываю несколько схем с подбором пароля и вожусь почти час, но безрезультатно. Будь у меня телефон Ванессы, это бы в разы упростило задачу.