Дороти должна умереть

Она почти с самого начала была преданным агентом Ордена, а теперь мы ее потеряли. Из-за тебя.

— Я не… — Я хотела оправдаться, но не смогла закончить предложение, поэтому просто отвернулась. — Я должна была. Не могла позволить Страшиле сотворить такое с несчастной обезьяной. И Волшебник сказал…

— Волшебник? — скептически переспросил Нокс. — С чего ты вообще послушала его?

— Он пытался передать сообщение, — пояснила я. — Пытался рассказать, что Мод важна. Что Страшила использовал ее, чтобы создать что-то ужасное, и мы должны его остановить.

Нокс уставился на меня, как на величайшую идиотку в мире.

— Эми, Волшебник — манипулятор, — ответил Нокс. — Это его особенность, способ выживания. Нельзя верить ни единому его слову.

— И вашим словам тоже нельзя верить, — бросила я, теряя терпение. — Может, если бы вы честно рассказали, что Джелия — связной, если бы я знала…

— Тебе не нужно было знать, — отрезал Нокс. — Это не было частью плана…

— Какого, черт побери, плана? — Я почти кричала. Долгие дни постоянного разочарования, жизни во тьме вывели меня из себя. — Вы не сказали, что мне предстоит сделать. Не дали никакого задания.

— Когда ты уже поймешь? — Нокс покачал головой. — Есть вещи поважнее тебя, Эми.

Нет уж, я не желала больше слушать чепуху о том, что миссия важнее всего, и оттолкнула Нокса. Он оступился, удивленный таким поведением.

— Вы просто бросили меня здесь! — заорала я, ткнув пальцем ему в грудь. — Я даже не знала, услышу ли от вас хоть слово.

— Думаешь, мне нравилась идея оставить тебя здесь? — Нокс схватил меня за запястья, предупреждая очередные нападки. — Не иметь возможности поговорить с тобой или хотя бы увидеть, не знать, все ли с тобой в порядке? Я сделал это потому, что должен был, а не потому, что хотел.

— Я всего лишь пешка, которой вы, ребята, распоряжаетесь как хотите, — зашипела я, вырываясь из его захвата.

На мгновение лицо Нокса пронзила настоящая боль. Но он переборол себя, а в его голосе засквозил холод.

— И ты все уничтожила, — тихо заметил он. — У нас был план. Джелия являлась его неотъемлемой частью. Теперь ее нет, а каждая секунда, которую я провожу здесь, ставит под угрозу все, над чем мы столько работали.

— Хочешь, чтобы я чувствовала себя еще хуже? — спросила я Нокса.

— Я думал, что могу доверять тебе, — ответил он. — Думал, ты понимаешь, к чему мы стремимся.

После этих слов мне пришлось отвести взгляд. Да, дико бесило, что он ставит меня в такое положение, но ведь решение освободить Мод было полностью моим, а значит, ответственность за то, что произошло с Джелией, лежит на моих плечах.

— Мне жаль, — ответила я. — Я не хотела причинить боль Джелии.

— Сожаление ничего не изменит, — вздохнув, сказал Нокс, — лишь заберет энергию.