Дорогой сводный брат (ЛП)

— И что ты будешь делать, если он всё-таки приедет?

— А что я могу сделать? — ответила я и нервно откусила пончик с ванильным кремом.

Виктория знала о той ночи с Элеком. Я подкидывала ей кусочки мозаики, но большинство деталей оставила при себе. Некоторые были слишком интимными, чтобы ими делиться, а мне не хотелось обесценивать значимость данного опыта. Несмотря на то, что это была всего лишь одна ночь, она дала мне представление о многом, установив планку на будущее.

— Ну, что ж… Поживём, увидим, — сказала Вики, сделав глоток кофе-гляссе.

— Самое главное для меня сейчас — это мама. Я не собираюсь лишаться сна из-за размышлений: приедет Элек или нет?

«Хотя только об этом и думаю.»

Тем же вечером Грег и Клара пригласили нас с мамой на ужин. После того, как рассказала им, что большую часть времени она проводит плача у себя в комнате, тогда как посторонние люди забрасывают наш дом едой, друзья Рэнди настояли, чтобы я вытащила её оттуда.

За ужином мама вела себя тихо и едва ли притронулась к курице с клёцками, вместо этого изрядно приложившись к бутылке вина «Зинфандель».

Похороны были запланированы на послезавтра. А ощущение сосущей пустоты у меня в душе усиливалось с каждой секундой.

«Мне просто нужно знать.»

— Вы связывались с Элеком? — наконец спросила я. В предвкушении ответа, проглотив комок в горле.

— Да, я сегодня разговаривала с ним. Он был так подавлен, услышав о случившемся, что толком ничего и не сказал о своём приезде.

Узнав, что Клара разговаривала с ним, моё сердце забилось чаще.

— Где он сейчас?

— Он по-прежнему живёт в Калифорнии, недалеко от Пилар.

— У вас был его номер телефона?

Взглянув на мужа, она нерешительно ответила:

— Эм… Мы знаем, насколько ужасными были его отношения с Ренди. Несколько лет назад Грег пытался вмешаться, в процессе чего они с Элеком сблизились, и Грег поддерживал с ним связь. Хотя Ренди и не знал об этом.

Я взглянула на Грега так, словно у него были ответы на все столь важдные для меня вопросы в мире.

— Чем он занимается? — мой голос дрожал.

— Закончил колледж, получил лицензию на работу в социальной сфере. Он работает с неблагополучными подростками. По-моему, в последний раз мы разговаривали с ним около полугода назад.

— Вот как…

Вау.

Этой информации было больше, чем я получила за прошедшие годы. Мне было одновременно и радостно, и грустно. Радостно знать, что у него всё хорошо, а грустно — лишь от того, что теперь он был для меня незнакомцем. Я не знала того мужчину, которым он стал.

Прочистив горло, я поинтересовалась:

— Так, вы не знаете, приедет ли он?

— Нет, он так ничего и не сказал, — ответила Клара, — Думаю, он был слишком шокирован новостью. Но на всякий случай, я рассказала ему о том, как будут происходить похороны, так что он осведомлён.