Дорогой ложных чувств

Ведь правда?

— Зря ты так считаешь.

Мужская ладонь властно легла на её ягодицы.

Кристина не понимала, что с ней. Эффект от таблеток ещё продолжал действовать. Минимум десять, а то и пятнадцать часов. Сколько она проспала? Часа четыре от силы. Так почему она столь остро реагирует на Дореченцева? Чувствует его терпкий запах? Обращает внимание на то, как ритмично поднимается и опускается его грудь? Шалеет от пламени страсти, что плещется в его потемневших глазах? Про член, упирающийся ей в живот, она и вовсе молчит.

Ответ напрашивался один — у неё очень давно не было мужчины.

И дело не только в её реакции на Дореченцева. Она истосковалась по теплу, по нежности. Такое тоже не стоит упускать из вида.

Какой бы сильной ни была девушка, как бы долго ей ни удавалось избегать отношений, наступает период, когда тщательно возводимая вокруг неё стена, дает трещины, а то и вовсе рушится.

Сейчас же Кристина чувствовала бесконечную усталость от всего произошедшего. Больше всего на свете ей хотелось душевного спокойствия, а не борьбы. Не выноса мозга, к которому её снова подводил Семен. Вот отчего он на неё взъелся? Почему не хочет нормально общаться? Зашёл в душ, теперь и вовсе пленил, грозя расплющить своим нехилым телом.

Изловчившись, Кристина уперлась руками в его грудь.

— Хорошо, ну, удержишь ты меня силой, и что дальше, Дореченцев?

Кто бы сомневался, что он снова предвкушающе улыбнется.

— А дальше мы будем мыться.

— Я уже вымылась.

— О, нет, девочка! Я ещё чувствую на тебе запах другого самца! И мне это чертовски не нравится!"

"Он развернул её к себе спиной резко, Кристина даже вскрикнула от неожиданности. Что за несносный тип! Меняет решение по несколько раз за минуту! Никакого постоянства! Хотя нет, в одном он до упорства постоянен — в желании её уколоть, вывести из себя, задеть.

— А меня не интересует, что тебе нравится, а что нет… Ай!

Как он так быстро успел взять мочалку и начал натирать тело Кристины, оставалось дивиться. Натирал жестко, едва ли не царапая, и, наверняка, оставляя красные полосы на разопревшей коже. Он не запах с неё смыть надумал, а кожу содрать!

— Семён, мне больно! — возмущенно закричала Кристина и попыталась выскользнуть из его цепких рук, но тщетно. Дореченцев держал её крепко.

— Ты не вырывайся, и больно не будет.

Стиснув зубы, Кристина замерла.

— Так?

Она устала от постоянной физической боли и дискомфорта. Лучше перетерпеть.

Как только она перестала дергаться, смягчился и Семен. Его руки больше не давили с силой массажиста. Напротив, стали двигаться медленно, играючи.

Чтобы не застонать не то ли от злости, не то ли от легкого томления, зарождающегося внизу живота, Кристина едва ли не до крови прикусила губу. Зажмурила глаза.