Дорогой ложных чувств

Семен взял на себя заботу об организации похорон. Ни она, ни бабка были не в состоянии. Смерь Армана шокировала обеих, выбила из колеи. Кристина умолчала о предсмертном предательстве брата, лишь постоянно мысленно задавала себе вопрос: «Почему, Арман? За что?». Семен ничего не говорил, но тут и без лишних слов было понятно, что Григо решился на вторичное похищение Кристины с целью завершения того, что он начал в доме брата. Как перевертыш и как одержимый собственными демонами, он задался целью, во что бы то ни стало заполучить Кристину. Для чего — риторический вопрос. Как бы Кристина не гнала от себя подобные мысли, нет, нет, а в голове возникал образ Григо, его омерзительной улыбки и мерзких, грязных обещаний. Каждый раз холод охватывал тело, стоило на мгновение представить, что было бы с ней, если бы их план удался.

— Этого не могло случиться, — сказал Семен, когда они летели в самолете.

Кристина непонимающе на него посмотрела. Всю дорогу они молчали, он работал, она или дремала, или смотрела в иллюминатор.

— Чего не случилось бы?

— Он не похитил бы тебя.

И она ни мгновения не сомневалась в его словах.

Бабушке Семен понравился.

— Настоящий альфа. Достойный выбор, дочка."

"Кристина хотела напомнить, что от неё, как раз мало, что зависело. Потом передумала. Потом передумала ещё раз. Нет, от неё всё же кое-что да зависело. Нельзя думать, что выбора нет. Выбор есть всегда. Она могла продолжить вести войну с Семеном, дальше противостоять его желанию, его стремлению быть рядом. Быть её. Она могла сколько угодно упрямиться и говорить ему, что пребывает в его доме насильно, что во всем виноват долг Армана. Только зачем? Делать себя несчастной?

К тому же, Кристина уже точно знала — она не хочет жить вдали от Семена. Она не мыслит себя без него.

Он пока о своих чувствах молчал. Просто был рядом. И это для Кристины значило куда больше, чем любые слова.

Чувства мужчины проявляются в заботе. В его поступках.

На следующий день после похорон Семен сообщил ей ещё одну новость:

— Сизый тебе перевел компенсацию. Счел, что по вине брата пострадала ты.

Кристина усмехнулась.

— Что-то он не был столь щепетильным, когда я находилась у него в плену. Семен, мне не нужны его деньги. Но и возвращать их я ему не хочу. Придумай, пожалуйста, что-нибудь, ладно? Чтобы эти деньги пошли на общественное благо.

— Мы можем построить дорогу.

— Дорогу? — брови девушки скользнули кверху. — Это какую же сумму он перевел?

— Приличную. Озвучить?

— Не надо. Дорогу, так дорогу.

Кристина поднялась с кресла, на котором сидела и подошла к Семену, который стоял у окна, по привычке скрестив руки за спиной. Она прижалась к нему и тихо сказала:

— Поехали домой.