Дорогой ложных чувств

Она всеми правдами и неправдами крепилась. Если сейчас постыдно перед ним расплачется, то никогда уже не сможет уважать себя.

С одной стороны, признания Семена проливали свет на его поведение. На его жажду обладания ей. На его неравнодушное к ней отношение.

С другой — испугали Кристину до дрожи. Если Дореченцев прав, и она его пара, то назад дороги нет.

Ни для неё, ни для него.

Они по жизни окажутся связанными.

Кристина не готова была принять подобное…

Кофемашина известила щелчком, что кофе готов, чему Кристина очень обрадовалась. Чем-то занять себя… Не думать о словах Семена… Не видеть его яростного взгляда…

Руки подрагивали, когда она забирала чашки.

— Кофе не передумал пить?

— Нет.

Оглядевшись, Кристина увидела рядом с диваном журнальный столик. На него она и поставила его чашку.

За своей вернулась к кухонному гарнитуру, где и осталась. Приближаться к Дореченцеву сейчас было небезопасно.

Он пил кофе молча. Дал ей небольшую передышку? Или готовился к новой словесной баталии?

— Долго будешь молчать?

Кристине захотелось плеснуть кофе в Дореченцева. А что… Охладит пыл мужчины. С его регенерацией ожоги быстро заживут. Вопрос в другом — какие будут последствия…

— А что мне говорить? — взбрыкнула Кристина, смело посмотрев в лицо Семена. Не смягчилось, зря надеялась. — Мне сложно разговаривать, когда ты бросаешь в меня одно обвинение за другим. И ладно бы они были обоснованы… Твой упрек я принимаю лишь в одном — в отношении Армана. Всё. Остальное… Нет, Семен, с остальным не ко мне. Ты не имеешь права упрекать меня в чем-либо. Не имеешь права на мне срывать зло. И если уж на то пошло, то тогда и я могу выдвинуть к тебе претензии.

— Интересно какие? — его глаза угрожающе сузились.

Кошка внутри Кристины заюлила, поджала хвост и готова была пойти на попятную.

— Твоё поведение. Твои слова, которыми ты клеймил меня. Ты-то, в отличие от меня, знал, что я — твоя пара. Знал, что нам друг от друга никуда не деться! И между тем… Ты сразу мне вынес вердикт. Без суда и следствия. Поверил в самое худшее. Даже не удосужился со мной познакомиться. И я не говорю о том, чтобы просто попытаться поухаживать. Нет… Куда там… Я же недостойна, так, Дореченцев? Намного проще думать о девушке самое наихудшее, чем попытаться разобраться и, возможно, помочь.

Если она ожидала, что её гневная тирада произведет на него какое-либо вразумительное воздействие, она ошибалась.

— Я и помог. Снял с тебя Григо.

— А… ну-да… конечно, — Кристина с шумом поставила чашку на столешницу. — Хватит, — снова повторила она. — Я больше ни о чем не хочу разговаривать. У тебя своя правда. У меня… У меня её нет. Сколько я тебе там должна? Много. Я рассчитаюсь с тобой. А потом… А потом я уйду, Семен. Пара ли я тебе, не пара… Жил ты без меня эти семь лет.