Охранитель 3. Пути-дороги

Меня они не замечают, то ли пьяны, а может вседозволенность мозги затуманила, но скорее все вместе. Один солдат уже штаны приспустил, вывалив наружу свое хозяйство, второй ударил жертву носком сапога в бок и наклонившись сорвал с нее трусы, одним движением засунув их в рот очнувшейся жертве и что-то говоря, обхватил рукой шею жертвы.

– Мля, чего же вы творите-то! – уже на бегу воскликнул я, стараясь остановить насильника собравшего лечь на даму.

Солдаты меня заметили, коротко между собой перекинулись парой фраз, а потом один метнул в меня нож. Блин, на инстинктах сработал, момент броска не видел, но сумел увернуться. Револьвер я выхватил, но время упустил, на мою руку с оружием обрушился удар. Мля, а противники не так и пьяны, да и тертые, лет по двадцать пять каждому, сухожилистые, двигаются плавно и быстро. Они что, где-то обучались единоборствам?

– Господьин холоший, мимо иди, не тлонем, – медленно проговорил один из солдат, играя перед своим лицом заточкой.

Хм, а ведь они смахивают на отмороженных бандюганов-беспредельщиков. У обоих на шеях какие-то татуировки. Принадлежат одной банде? А чего в солдатах забыли? Впрочем, мне все равно. Дама очнулась, всхлипнула вытащив кляп и пытается прикрыться, явно находится в шокированном состоянии и не понимает, что бежать нужно. Хотя, вряд ли она сможет, на боку наливается гематома, как бы ребро ей не сломали, да и нос разбит, кровища хлещет и все лицо перемазано.

– Да пошли бы вы! – делаю шаг в сторону, качнулся вправо-влево, резкий шаг вперед и удар кулаком в висок одного из солдат.

Бил во всю силу, но оппонент сумел среагировать и отклониться. Правда, недостаточно, чтобы уйти из-под удара, челюсть я ему сломал – однозначно. Когда солдат головой дернул, то ее подставил и дикая боль в моих костяшках, а треск под кулаком помогли поставить диагноз.

– Мля! – выдохнул я, тряся рукой, наблюдая за действиями второго оппонента с ножом.

Тот на два шага отступил, руки вверх поднял и сказал:

– Моя уходить! Твоя забыть.

– Хрен тебе, – отрицательно покачал я головой и стал осторожно приближаться.

Противник опасен, но он словно почуял, что со мной не справится, осторожно отступает, а я анализирую. Дама, покачиваясь сидит на земле, осторожно трогает нос, но истерику не закатывает. Ох, боюсь откат вот-вот наступит и тогда ее вопли всех в сквере переполошат. Кстати, на солдат бандиты не тянут. Они ряженые, форму-то раздобыли, но сапоги видно по размеры не подошли или с офицеров сняли, кожа намного лучше и сделаны добротнее. И чем же они тут промышляют? Впрочем, не так важно, а вот оставлять свидетеля – нельзя. Но тот драки избегает, а убивать того, кто не сопротивляется, не по моим понятиям, всегда против подобного выступал, за что и нагоняи от командиров получал.