По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Помолчав несколько мгновений, Мыфан обвёл задумчивым взглядом переговорную залу.

— Это ведь не простое помещение, Саргон. Здесь не работает любая связь ни с моими, ни с твоими людьми. Она полностью заблокирована и экранирована от всяческих звуков. Да и окна так просто не разбить… Хмм… — Он с тяжелым вздохом посмотрел на свою приподнятую ладонь. — Действительно жаль, что мой первоначальный план потерпел такое фиаско… Однако не все так уж и плохо…

Внезапно с едва различимой глазом скоростью он прыгнул прямо на меня, и в приземлении выбросил в ударе сжатую в кулак правую руку, предплечье которой вдруг разорвалось, трансформировавшись в зигзагообразное, сверкнувшее остротой лезвие. Готовый к чему-то подобному, я стремительно отпрыгнул спиной вперёд, и хищное острие прошло в считанных миллиметрах от моей груди, с грохотом уйдя глубоко в пол на том самом месте, где я только что стоял. Миг — и его ноги с лязгом расходятся на две половины: ткань плотных шатнов с треском разорвалась, свет блеснул на трансформирующейся стали, и тело казначея приподнялось, покачнувшись назад и вырывая клинок обратно, но тут же выскочившие из поясницы новые металлические конечности грянули остриями об пол, разломав дорогое мраморное покрытие и не дав ему упасть.

— Я сделаю тебя одним из нас, — ледяным, нечеловеческим голосом произнёс преобразившийся Мыфан, стоящий на шести длинных, паукообразных стальных лапах, оканчивающихся острыми штырями. — И когда правители Рэйтерфола и Афилема договорятся о мире, мы признаем Балисса обезумевшим гомункулятором, дабы наше существование так и осталось тайной для всего Древнира.

Он вновь бросился в атаку, но я резким рывком ушел в сторону. Вот только едва мои ступни снова коснулись пола, как из спины Владыки Гомункулов, разрывая пиджак, выстреливают цилиндры со стальными наконечниками, разрывающиеся при ударе облаком белесо-серого дыма. Уворачиваясь от них, легко отрываюсь от земли, делаю боковое сальто, а затем тут же новый прыжок назад — Вовремя! — перед лицом клацает зубастыми крюками захлопнувшийся магический капкан, размером с половину взрослого человека.

Лядь! Не почувствуй я это магическое плетение своим обострённым лимрачным восприятием, переломало бы все кости!

— Какая у тебя милая боевая форма! — Бросаю быстрый взгляд на странный дым и на всякий случай блокирую собственное дыхание, обогащая кислородом кровь за счёт щедро расходуемых пустаров.