Дорогая Жасмин

— Стини, сию секунду пригласите Баркли! — приказал король и мрачно пояснил кузену:

— Это мой секретарь и, конечно, лучше других ведает обо всех поступивших посланиях, но с той поры, как убили Стоукса, моя канцелярия уже совсем не та, Алекс.

Явившегося на зов секретаря спросили, не поступало ли письмо от графа Гленкирка.

— Из Шотландии? — фыркнул Баркли. — Наверное, попало к одному из моих помощников. А что, требовался ответ? Если да, значит, гонцу велено подождать.

— Немедленно найти письмо! — пророкотал обычно невозмутимый король. — Да как ты посмел скрыть его от меня? Речь идет о жизни и смерти! Это никуда не годится, Баркли! Никуда не годится! Никогда еще не видел такой глупости и лени!

И когда Баркли, растеряв всю спесь, умчался на поиски послания, король мрачно заявил:

— Вижу, многое придется изменить, да-да, многое! Надо мне их приструнить!

— Что, Стини, любовь моя? — отозвался король.

— Вчера Кипп Сен-Дени просил о встрече со мной, — начал виконт Вилльерз. — Кто знает, может быть, это как-то связано с приездом графа Брок-Кэрна. Не прикажете отыскать его?

Красивое лицо Джорджа помрачнело, словно он боялся, что делает что-то не так. Однако король кивнул.

— Боже, чего добивается мой несчастный Пирс арестом графа и графини Гленкирк? — растерянно пробормотал он вслух.

— Он задумал расправиться с ними, Джейми, — без обиняков объяснил Брок-Кэрн, — и получить опеку над нашим маленьким внуком, приобретя тем самым власть над вами, кузен! Кроме того, он жаждет отплатить Жасмин за то, что она выбрала Гленкирка. Кровь Христова, да что побудило вас предложить ее Хартсфилду?

— Потому что он, назойливый старый дурак, вечно лезет, куда его не просят! — отрезала королева.

Король беспомощно пожал плечами, казалось, полностью согласный с оценкой супруги.

— Но все это в прошлом, — промямлил он.

— Только не для маркиза Хартсфилда, — вздохнул граф. — Жасмин вынуждена была расстаться со своим младшеньким, Джейми. Мы отвезли юных Линдли в Гэдби и отправили с ними Чарлза. А нашего внука и наследника Гленкирка мы скрыли в Гленкиркском аббатстве, опасаясь, что Сен-Дени до них доберется. Разве можно отрывать детей от матери, кузен? Но что еще мы могли поделать?! Остановите Сен-Дени, пока он не уничтожил нашу семью.

В этот момент в зал ворвался Баркли и с униженным видом вручил королю нераспечатанное послание от Гленкирка. Уничтожив его грозным взглядом, Яков Стюарт сломал печать и не успел еще дочитать до конца, как его фаворит вернулся, ведя за собой Киппа Сен-Дени. Тот немедленно упал на колени перед его величеством и покорно склонил голову.

— Говори, — велел монарх.

— Покорнейше прошу прощения, повелитель, — тихо начал Кипп, поднимая глаза.