Дорога в ночь

Только вот лечение могло затянуться на годы.

Потом я отправился… Да много чего было потом! И лишь под вечер я понял, что веду себя как трус. Как жалкий, ничтожный трус!

Я распахнул дверь в кабинет.

Ри, как паук, висела на самом верху книжного шкафа и пыталась вытащить с полки толстенный фолиант. Дикарка испуганно обернулась и выронила тяжелую книгу. Суматошно попыталась ее поймать, потеряла равновесие и рухнула вниз.

Не думая, я бросился вперед. Подхватил девушку на руки.

Потом я много раз задавал себе вопрос: почему я так поступил? Ведь мог же попытаться сплести из нитей силы узор, который смягчил бы падение пленницы. Да, не факт, что успел бы, но… Мог вообще ничего не делать – Ри живучая, как кошка, и падение со шкафа ей бы вряд ли хоть сколько-то повредило. Но нет, я, как герой, бросился спасать девушку!

– О, кажется, я тебе сломала шкаф, – хихикнула Ри. В левой руке дикарка сжимала обломок карниза.

– Ничего, – улыбнулся я.

Ри молчала, я тоже не знал, что сказать. Наконец девушка пошевелилась и попыталась отстраниться. Лицо пленницы скривилось. И я не мог понять, каких эмоций на нем теперь отражалось больше: рассеянности, ненависти или… омерзения?

– Отпусти.

Я вздохнул и поставил пленницу на ноги, сделал шаг в сторону.

– Почему ты меня так ненавидишь? – тихо спросил я.

– И ты еще спрашиваешь?! Хотя да, все время забываю, ты же не понимаешь! Если даже на минуту забыть, что твои соплеменники истребили целую расу, если сосредоточиться на мне лично… Какой-то проклятый эльф обрюхатил мою матушку и тем самым сломал ей жизнь. Всего через несколько часов уничтожат саму мою суть и все воспоминания. Этого недостаточно?!

– Ты сама говорила, что нельзя одно существо судить по целой расе.

– И что? Ты мой господин, а я твоя рабыня. Значит, все, что делают со мной, происходит с твоего попустительства. Значит, в этом твоя вина.

– Я ничего не могу изменить! – сорвался я.

– Или просто не хочешь, – зло усмехнулась девушка.

– Не могу, – упрямо ответил я.

– Как скажешь! Хочешь обманывать себя – пожалуйста! Но со мной этот фокус не пройдет, не из той глины слеплена, – опять ощерилась в улыбке огненноволосая дикарка.

– Ри, я…

– О, можешь не извиняться. Знаешь, где у меня все твои извинения и сожаления сидят?! – Пленница резко чиркнула рукой по своему горлу.

Я вздрогнул и отвернулся. Слишком уж неприятную картину нарисовало разгулявшееся воображение. Или, может, я вспомнил недавний кошмар?..

– Ты забываешься!..

– Как мило, теперь ты мне угрожаешь! – рассмеялась полукровка. – Интересно чем? Что ты такого со мной можешь сделать? Убить? Да я сама тебе шею подставлю или другую часть тела, которую ты предпочитаешь… Изнасиловать? Я и так скоро буду вся твоя! Но если ты не хочешь ждать, то попытайся, может, и получится.