Дорога скорби

И – ты заметил? – делают их одни и те же репортеры, говорят с серьезным, убежденным видом о той или другой заварушке на фоне свиста пуль и выщербленных развалин, чтобы проверить, насколько они храбрые.

– Ты завидуешь. – Я улыбнулся.

– Я страшно устаю иногда от этих ток-шоу со знаменитостями, даже если они нравятся. Ты не скучаешь по скорости?

– Ты чуть ли не единственный меня понимаешь. Никто другой не может понять, что слава не заменит риска.

– Зависит от того, чем рискуешь.

Например, руками, подумал я. Можно рисковать руками.

– Удачи, "горячая линия", – сказал Эллис. Удача была нужна владельцам двухлеток. Мой телефон непрерывно звонил весь вечер и всю ночь, когда я приехал домой после дерби, но все звонки были от людей, которые получали удовольствие от своих страхов. Луна освещала тихие поля, на которых не было ни одного чистокровного жеребца-двухлетки, ни пони, потерявших ногу.

Потом интерес схлынул и сошел на нет. Был двенадцатый день после дерби, последний вечер Королевских скачек в Эскоте, когда раздался сигнал тревоги.

В понедельник после дерби я занялся копанием в куче намеков и предположений и, даже не поговорив с самой леди-нанимательницей (что вряд ли было бы полезно), обнаружил достаточно, чтобы позвонить этому тренеру и дать ему совет.

– Она хочет избавиться от него, не рискуя навлечь на себя обвинения в нечестности, – сказал я. – Он украл из ее дома какую-то мелочь, которая прошла через несколько рук и вернулась в местный антикварный магазин. Она не может признаться, что это ее вещи. Владелец антикварного магазина скулит, что невиновен. Леди четко сказала, что не будет пытаться преследовать судебным порядком своего слугу, если он уйдет сам. Ее рекомендация входит в условия сделки. Слуга регулярно помещает местную букмекерскую контору и играет на скачках. Хотите нанять его?

– Я напишу рапорт и перешлю вам, – сказал я ему. – Занесите его в раздел "Работа с персоналом". Можете получить за это налоговую скидку.

– Когда тебе понадобится рекомендация, я напишу ее под присягой.

– Ну, это еще неизвестно, – сказал я. – Но заранее спасибо.

Я звонил из гаража станции техобслуживания по пути домой. Был уже сумрачный вечер, но, когда я добрался до Пойнт-сквер, стало еще темнее. Меня ждали две переданные по факсу страницы, которые я прочитал, не присаживаясь, и все мысли о стакане скотча растворились в недоверии и предчувствии несчастья.

Факс был от Кевина Миллса. "Не знаю, зачем тебе нужны имена великих мира сего, – написал он, – но поскольку я обещал, вот тебе список гостей, которых "Топлайн фудс" пригласила на ленч в Эйнтри накануне Большого национального".

Как я и ожидал, в списке значилось имя гневного ланкаширского фермера. Но меня морально убило имя в начале списка.