Дорога

 – Нехорошо это.

– А спекулировать, по-твоему, это хорошо, нормально?

– Ну пап, – Коля сделал круглые глаза, – какая же это спекуляция? Вот если бы я купил за рубль, а продавал за два и имел бы навар, тогда да, это была бы спекуляция. А я же не покупал, я свое продавал. Что тут плохого?"

"– Больно грамотный, – проворчал Родислав, у которого виноватое лицо сына уже отбило всякую охоту к строгим воспитательным беседам. – А зачем орал на все отделение, что твой дед – замминистра и что он всех поувольняет к чертовой матери? Кто тебе дал право спекулировать именем деда, заслуженного человека с незапятнанной репутацией? Ты что, не понимал, что ему обязательно кто-нибудь расскажет, что до него дойдет вся эта история?

– Да ты что, папа, – Коля сделал вид удивленный и непонимающий. – Все совсем наоборот было. Да, я говорил, что мой дед – генерал Головин, но я же, наоборот, просил ничего ему не говорить, потому что у деда давление и все такое. Я же хотел как лучше.

Родислав ему не верил, потому что давно уже понял, что его сын – лжец, каких мало. Но у него не было ни малейшего желания затевать длительную разборку, повышать голос, сердиться, наказывать… Повзрослеет – поумнеет, думал он, всем пацанам в его возрасте хочется денег, они еще не понимают, что их надо зарабатывать, а не получать даром. Ведь если ребенок с самого рождения все получает даром, не затрачивая труда, то откуда взяться пониманию того, что деньги зарабатываются трудом? Это приходит только с годами, надо просто набраться терпения. Будем надеяться, что у Кольки хватит мозгов не вляпаться во что-нибудь посерьезнее.

– Ты маме скажешь? – робко спросил сын.

– Обязательно.

– А может, не надо?

– Надо. У меня от мамы нет секретов. Мама должна знать, что с тобой происходит.

– Она будет ругаться… – заныл Николаша.

– Конечно, будет. И правильно, ты это заслужил. Иди делай уроки.

Коля понуро поплелся в детскую, где над домашним заданием корпела Леля. Родислав подумал, что теперь в комнате детей и вправду стало совсем тесно: с тех пор как Леля пошла в школу, пришлось поставить второй письменный столик, совсем маленький, но он занял весь остаток свободного пространства. Придется разводить ребят по разным комнатам, а это означает, что у Любы и Родислава больше не будет собственной спальни, спать им придется в гостиной, которая до сих пор выполняла функцию общей комнаты и одновременно комнаты для гостей: здесь спали Клара Степановна, если оставалась ночевать, и Тамара с Григорием, когда приезжали в Москву повидаться с Романовыми.

Скоро придет Люба, будет готовить ужин. Разумеется, она расстроится, узнав про Колькины похождения, но не сказать ей нельзя, хотя и говорить не хочется: Родислав не любил, когда у жены плохое настроение.