Дорога

– Что это такое? – строго спросил он.

Лиза подняла на него равнодушный взгляд.

– А ты сам не видишь?

– Это коньяк.

– Ну да, это не чайная заварка. И что?

– Ты это пила?

– Не твое дело. Сегодня мой праздник, и я провожу его как хочу. Ты же не захотел праздновать вместе со мной, вот и заткни свои претензии себе в задницу.

– Лиза, но так же нельзя! Ты – кормящая мать, ты вообще о чем думаешь?..

– А ты сначала разведись со своей женой, женись на мне, а потом будешь учить меня жить. Кстати, ставлю тебя в известность, что молоко у меня пока есть, и я не собираюсь делать из своего ребенка искусственницу, пока могу кормить сама. Так что ни о каких яслях не может быть и речи. Я буду сидеть с ней еще полгода.

Такого он не ожидал. Даше исполнился год, и с первого августа они с Лизой планировали отдать девочку в ясли, чтобы мать могла выйти на работу. Они и с Любой обговаривали эти планы, потому что содержать Лизу с ребенком было все-таки трудновато. А теперь выходит, семье Романовых придется экономить еще полгода. И еще полгода Люба будет унижаться перед Аэллой, прося у нее на один день то кофточку, то юбку, то свитер, то шарфик, чтобы Николай Дмитриевич ни о чем не догадался.

– Ты же можешь сцеживать молоко, – растерянно произнес он, помня, что именно так и поступала Люба.

– Ну да, сцеживать и отдавать в ясли, чтобы их няньки все перепутали и кормили этим молоком чужих детей, а мою Дашеньку – всякой дрянью? Даже и не думай.

– Но, может быть, твоя мама могла бы приехать и сидеть с ребенком, пока ты работаешь? – продолжал робко настаивать Родислав. – Она бы ничего не перепутала."

"– У мамы свои заботы, – сухо ответила Лиза. – Она живет с моим братом и его семьей, там трое детей, и без мамы они не справятся. А если она приедет сюда, то мы с тобой встречаться уже не сможем. Ты этого хочешь?

В этот момент Родислав был так зол на Лизу, что готов был согласиться с ее словами: да, он ничего этого больше не хочет. Он не хочет упреков, сцен и скандалов, и самое главнее – он не хочет, чтобы то, что он принял за проявление любви и порыв страсти, оказывалось банальным и пошлым пьяным угаром. Почему-то для него это было особенно важно. Он, который за время работы на следствии немало поразвлекался с не вполне трезвыми девушками, сам будучи в алкогольном кураже, особенно ценил в Лизе настоящий живой темперамент, не подогретый спиртным, и раскованность на грани бесстыдства, искреннюю и откровенную, а не порожденную тяжелым опьянением. Пьяный секс – это совсем не то, ради чего стоило рисковать семьей и карьерой.

Он молча оделся и уехал домой.

* * *Наступил сентябрь, Николаша пошел в девятый класс, Леля – во второй, Лиза продолжала сидеть дома на иждивении Родислава и Любы.