Дорога на Север

 — дурацкое имя такое… Ах, демон! Забыл!

— И что с ней теперь?

— Да кто ж его знает! Мертва может уже, а может, жива еще и Великий над ней опыты проводит, пойди, разбери…

Я стояла прижавшись к стене, не чувствуя стекающий по плащу дождь и дышала ровно, стараясь не сбиться с ритма. Мысленно простившись с матерью жить стало на удивление легче. Я больше не искала ее в толпе ополчения, не пыталась узнать слухи о ней, просто забыла, приказав себе никогда не вспоминать.

И я держала слово, до сегодняшнего дня. А сейчас, скрытая и накопленная за столько лет боль, сорвала печать замка и реками отчаянья выливалась наружу, угрожая затопить меня, задавить, размазать по земле. По рукам прыгали мурашки, с горошину размером, они больно щипали кожу, вызывая желание накинуть теплую кофту, с которым я боролась, смотря на тлеющие в камине поленья.

Дикие словно бешеные псы крики одиночества рвались изнутри, но я плотно сжимала губы и выравнивала дыхание, подавляя в себе незнакомое чувство истерики.

Появившийся из неоткуда Росс встревоженно бросился ко мне, заметив с порога мой пустой взгляд.

— Что случилось? Эва?

— Ничего. — Мужчина встряхнул меня за плечи:

— Я сейчас позову Марка!

— Не нужно. — Но было поздно. Вампир был тут как тут и с бешеной скоростью оказался у моих ног.

— Я же просил тебя поесть! Ну что за женщина! — Он торопливо расстёгивал пуговицы своей рубашки, цвета темного красного вина, а я откинулась назад и закрыла глаза.

— Уйдите все, прошу вас.

Какое то время вокруг было тихо, я даже подумала, что они решили остаться, только молча, но когда меня резко дернули за ноги, распластывая на кресле, я с глубоким испуганным вдохом, скатилась на пол. Меня тут же подобрали и усадили на колени Марка, который с хищной, не доброй улыбкой сжал меня за талию.

— Тебе. Нужно. Поесть. — По словам, разделяя их каменной паузой для убедительности, сказал он.

Он запустил пальцы в мои волосы и притянул меня к своей шее, на которой так отлично было видно, как подрагивает венка в ожидании укуса. Я хотела оттолкнуть его, но на помощь пришел мой рыжий великан, поймав мои запястья, не позволяя вырваться.

Марк подставил шею, уткнув меня в нее носом приговаривая о том, что так нужно и что-то про дядюшку Марка, который очень вкусный. Я пыталась вырваться, но даже темный огонек моей магии не отозвался видимо из-за сильной усталости, и обессиленно склонившись к мягкой, приятно пахнувшей шее я неожиданно для себя заплакала.

Я размазывала горячие слезы по Марку, все еще пытаясь сдержать рыдания, но попытки проваливались одна за одной. Руки стали свободны и закрыв зареванное лицо, я продолжила убиваться неизвестно почему.

— Детка? — Марк обхватил меня руками, позволяя обнять его.