Дорога на малолетку

 — Но если жбан проломлю ему, то уже не будет его ни х…я.

— Ха-ха-ха-ха-ха, — весело засмеялся шутке Филин, и остальные друзья тоже подхватили вместе с Жекой.

Посмеявшись с минуту и успокоившись, Филин сказал.

— Че, пойдем тогда туда, может, они еще там. Там и бухнем тогда.

— Пойдем-пойдем, — подхватил Кеша. — Там и девок посмотрим. Может, даже и получше будут.

— Давай бери тогда самогон, закусить че-нибудь, да пойдем, — предложил ему Филин.

Кеша встал и направился к двери в дом, бросив на ходу:

— Щас я.

* * *

Виталий с Димоном сидели в комнате девушек на кровати Оли. Что это была именно ее кровать, было видно по тому, как она бережно к ней относилась. Даже сидя вместе с подругами на противоположной кровати, она каждый раз вставала и поправляла покрывало под парнями, когда оно задиралось.

— Да кончай ты, Оля, — не выдержав, но все же с улыбкой сказал Димон.

— Кончать с тобой жена будет, — тут же отреагировала Оля и присела за стол у окна, где сидела Юля.

Все засмеялись шутке, а Димон пробормотал как-то недовольно, все же продолжая улыбаться:

— Не, ну че его поправлять каждый раз? Че с ней будет-то, с кроватью с этой?

— Да ты расправь уже койку, раздевайся да ложись, Димон, — весело встрял в разговор Виталий. — Она и перестанет поправлять сразу.

Все засмеялись еще громче. Димон с улыбкой посмотрел на всех и встал. Он вдруг перестал улыбаться и стал расстегивать ремень на брюках, давая понять, что он собирается последовать совету.

— О-о-о-о-о, — весело протянули девушки и захлопали в ладоши все, кроме Оли.

Виталий обратил Внимание, как смущенно Юля отвернулась от Димона, который уже начал приспускать штаны. Улыбка ей очень шла, но еще больше ее красила застенчивость.

— Не, ты че, точно тут спать собрался что ли? — продолжая смеяться, притворно возмутилась Оля.

— А че, думали, я шучу, что ли? — спросил с серьезным видом Димон.

Продолжая одной рукой стягивать штаны, Димон откинул покрывало с половины кровати и начал поправлять открывшуюся подушку поудобнее.

— Э! Э-э! — подскочила Оля с уже менее растянутой улыбкой и начала укладывать подушку на место. Потом сразу стала застилать открывшуюся белоснежную постель покрывалом. — Я те лягу! В свою койку никого не пущу! Только после свадьбы!

Девушки опять захохотали. Димон перестал стягивать штаны, хотя уже из-под рубашки были видны трусы, и раздосадованно развел руки в стороны.

— Ну во-от! — притворно огорчившись, протянул он. — И в постель не пускают. Ну а че тогда поправлять ее раз за разом, Оля?

— Да зачем ее вообще заправлять, если вечером опять расправлять? — весело вставил Виталий.

— А зачем ты тогда кушаешь, если потом все равно в туалет пойдешь? — тут же отреагировала Оля, и все опять захохотали.

Димон начал подтягивать штаны и застегивать их.