Дорога на малолетку

Проходящая мимо него женщина кивнула на уходящего Димона и спросила:

— Пьяный что ли?

— Да не, трезвый, — покачав головой, ответил дедушка. — У него слезы на глазах.

В это время раздался звон разбитого стекла. Очередной камень, кинутый Димоном в стену, угодил в окно. Женщина охнула и покачала головой.

— Это ж надо, а? Вот так и знала, что разобьет.

Димон даже не обратил внимания, что разбил стекло. Он подобрал очередной камень и, кинув в стену, завернул за угол и исчез.

— Может, серьезное что случилось у него? — спросил дедушка.

— Да какой там? С девкой своей поссорился, наверное, — с важным видом ответила женщина и пошла дальше.

Димон, зайдя во двор своего дома, увидел возле лавочки какую-то палку. Он сразу схватил ее и стал со злостью бить ею изо всей силы по лавке, постоянно повторяя злобно: — На тебе! На, сука! На!

* * *

Виталий с Доном и Жекой допивали уже последнюю бутылку. Разлив остатки спиртного по бокалам, они уселись удобнее и уже не торопясь цедили вино как истинные аристократы, тогда как первые две бутылки выпивали по привычке почти залпом. Все были уже изрядно навеселе, за исключением Виталия, который только делал вид, что смеется вместе со всеми. Сам же он в этот раз старался не хмелеть, больше закусывать. Съел почти всю еду со стола. И ждал того момента, когда Жека будет уже изрядно пьян, чтобы можно было его разговорить. Сейчас, когда все три бутылки были уже пусты и оставалось только то вино, что было у них в бокалах, этот момент казался наиболее подходящим. Жека расслабленно сидел в кресле с бокалом в руке, закинув ноги на край стола. И с удовольствием рассказывал, как он кувыркался в постели с одной студенткой из пединститута. Дон слушал его с искренней улыбкой на лице, потому что, надо отдать должное, рассказывал Жека действительно красиво. Не столько интересным был сам рассказ, но как он звучал из уст Жеки, было занимательно. Виталий же слушал с полуулыбкой, и то натянутой. Он просто надел ее, эту улыбку, как маску, и молча ждал, когда закончится этот рассказ, чтобы вставить свой вопрос. Потому что ждать, что Жека сам начнет рассказывать про это, было уже нельзя. Вина в бокалах оставалось немного, а как оно закончится, они еще посидят, пока не выкурят по сигарете, и пойдут на улицу. Поэтому, как только Дон рассмеялся над последними словами Жеки, что девушка побежала по коридору голая, Виталий сразу спросил с улыбкой:

— А эту вот, помнишь, ты тогда рассказывал на медовской общаге, как засадил? Юле этой… Она ни х…я хоть была? Или целка была неумелая?

— Какая Юля? — спросил Жека со сразу наполовину уменьшившейся улыбкой.

Виталий старался не подавать виду, что вопрос серьезный, и потому растянул рот в улыбке еще шире.