Дорога Костей

 — Я любил тебя, как родную."

"Её потрясло его признание. Он закашлялся, горячие капли крови брызнули на её щёку.

— Матрас, — глаза её отца закатились, он с трудом втянул воздух. — Постель… иди в Копу. — Он с трудом вдохнул ещё раз. — Не позволяй королеве взять тебя. Ты… выжившая.

Влажный хрип сорвался с его губ, словно когтями скребя по её коже. Силла с ужасом наблюдала, как жизнь покидала его глаза.

— Нет! — закричала она, притягивая его голову к своим коленям. Её пальцы осторожно разгладили волосы на его лице. Её тихие рыдания эхом раздались в груди, пока она держала единственного человека, который у неё остался. Слёзы капали на его окровавленное лицо, оставляя чистые дорожки, когда катились вниз.

Позади послышался треск ветки. Голова Силлы дёрнулась к лесу. Возможно, это было животное или проказливый лесной дух, но она не могла рисковать. И хотя ей хотелось остаться, оплакать отца, дать ему достойное погребение, внутри гулко звучало одно:

Ты должна бежать.

Примитивный инстинкт взял верх. Силла вытащила монеты из карманов отца, поднялась на ноги.

И побежала.

Г

ЛАВА 3

Когда дверь сарая с грохотом ударилась о стену, ноги Силлы подкосились, и она рухнула на утоптанный земляной пол. Энергия, бурлившая в её крови, испарилась, а её чувства теперь казались приглушёнными, словно она находилась под водой.

Хижина на окраине владений Олафа Рыжего была небольшой. Раньше здесь жили полевые рабы, пока для них не построили новые жилища. Однокомнатное строение с прямоугольным очагом в центре, над которым висел железный котел. Обстановка была скромной: с одной стороны — сундук и соломенные матрасы, укрытые шкурами и несколькими шерстяными одеялами; с другой — стол с лавками, а над ним полки с продовольствием. Верхняя полка служила импровизированным алтарём. На ней стояли обгоревшие свечи, куски хлеба и два кубка с медовухой — один для богов, другой для духов. Силла оглядела комнату с отчаянием. Сквозняки, холод, убогая обстановка, но это был их дом… был их дом на несколько коротких месяцев.

Она осторожно ощупала лицо и шею. Острая боль под глазом и вдоль опухшей кожи на горле говорила о том, что ей предстоит иметь дело с серьёзными синяками. Силла дала себе несколько минут, чтобы собраться с мыслями, разрешая произошедшему проникнуть в её кости. Она знала, что её отец мёртв. Видела, как его грудь вздымалась и опускалась в последний раз, как жизнь покидала его глаза. Но несмотря на это, она всё ещё прислушивалась, ожидая его шагов на крыльце. Вот-вот раздастся глухой стук его сапог, он обнимет её, и всё снова станет хорошо.

Слёзы заполнили её глаза и потекли по щекам. Силла поспешно стёрла их. Ты должна покинуть это место, напомнила она себе, но её мысли были настолько туманными, что было трудно сосредоточиться.