Дорога гнева

Они уже внаглую деревни бомбят, ходят прямо по головам. Один самолёт постоянно прямо над нами разворачивается. Молодых пилотов натаскивают что ли? И ответить нельзя, да и нечем."

"Пулемёты, снятые с самолёта, я расположил вдоль леса. Стрелок остался цел, помог снять и установить их. Заодно поучил моих охламонов пользоваться ими, а то они у меня, как и я, специалисты больше по ножам. Башенная турель с пулемётом УБС вообще смотрела в нужную нам сторону. Господствующая высота, мать её за ногу. Топор – величайшее изобретение человечества! Оказывается, если прорубить в хвостовом оперении дыру нужного размера, то получится импровизированная турель для пулемёта ШКАС, при этом бронеспинка штурмана, оторванная практически голыми руками, прикрывает ноги пулемётчика.

Стрелок красавец! Его идея. Вот что с человеком делает желание выжить. Горючку с самолёта пока разливать не стали, но сам самолёт к взрыву приготовили. Не оставлять же его «фрицам». Не в моих это правилах.

Слева от нас минное поле, два озера и заболоченный лес, оттуда упырей можно не ждать. Справа – сплошной лес километров на тридцать, тоже сразу не пойдут, хотя три десятка мин я там воткнул. Полтора десятка мы притащили на себе, и почти два десятка я наших переставил. Немцев я ждал только из леса, напротив себя. Там, за лесом, стройка, на стройке охрана с собаками, а пилоты бомбардировщика, да и сам самолёт это такая вкусная штука, что удержаться они не смогут. В ночь их, конечно, можно было не ждать, а вот с утра припёрлись как по заказу.

Первых загонщиков мы выбили всех до единого, их и было-то только двадцать штук. Два проводника с собаками, ещё трое немцев и пятнадцать местных полицаев. Запустили мы их на поле и расстреляли, как в тире. Троих, как водится, взяли живыми и допросили по-скоренькому.

В ночь на двенадцатое я связался со Смирновым по каналу «Рубика», иначе было никак. Вышел на связь и сказал полуправду, мол, жду здесь связного и уйти до четырнадцатого не могу. Что там наплёл Смирнову «Рубик», не знаю, но нам дали волну для экстренной связи, видимо, Смирнов вылетел на фронт сам. Двенадцатого вечером мне даже пришлось вызвать штурмовиков, которые перемешали роту загонщиков с лесом. Чуть раньше я выдал Смирнову информацию по аэродрому в Даугавпилсе и двум аэродромам подскока, с полной привязкой к местности и ориентирами, но это чисто для того, чтобы облегчить жизнь поддерживающим нас летунам. Утром тринадцатого немцы пошли в атаку в восемь часов утра, но у меня всё уже было готово.

Глава 10

13 июля 2011 года

Звонок прозвучал в пять часов утра, вырвав мужчину из только начинавшегося сна. Номер телефона был незнакомый, но это было неважно, позвонить на этот номер могли только избранные. Ещё не проснувшись, мужчина нажал на кнопку.