Дорога домой

 — Выведите по-тихому этого придурка во двор, хорошенько вломите, а после позвони Склизину, пусть пришлёт наряд и оформит вымогателя.

Презрительно глянув на Алексея, Андрей Андреевич швырнул ему в лицо разлетевшиеся по кабинету листы.

— Пшёл вон, — услышал Алексей полные презрения слова и решил, что время пришло.

Против прошедшего коррекцию нервных окончаний профессионального бойца у охранников не было шансов. Рванув с места, Алексей уже через миг подскочил к только-только начавшему понимать, что что-то идёт не так, ближайшему мордовороту. Рассудив, что тот, по сути, не сделал ему ничего плохого, Алексей, ткнув пальцем в нервный узел, просто отключил громиле сознание. Со вторым церемониться не стал. Перехватив наполовину вытащенный ПМ, проверил, стоит ли он на предохранителе, затем, взяв пистолет за ствол, с размаха саданул рукояткой в перечёркнутую уродливым шрамом рожу. Вместе с громилой на пол посыпалось зубное крошево вперемешку с ошмётками в хлам разбитых губ. Вернулся к первому, вытащил из кобуры ствол, запер дверь и, держа в каждой руке по пээму, не торопясь направился к заметно побледневшему хозяину.

Бесцеремонно отпихнув директорское кресло, Алексей уселся на стол против нервно вздрагивающего босса и упёр оба ствола ему в лоб.

— Ну где твоё красноречие? — обратился Алексей к трясущемуся вору. — Скажи что-нибудь.

— Я, — выбивая зубами мелкую дробь, с трудом выговорил он, — я сын прокурора.

— Не прокурора, а зама, не сын, а племянник, — поправил Алексей, — думаешь, это имеет значение?

— Тебя, вас будут искать.

Оторвав ото лба пистолеты, Алексей со знанием дела их распотрошил и, сбросив детали на пол, не мигая уставился на застывшего в кресле директора.

— Искать кого? — спросил он. — Вот это бренное тело, — посмотрел Алексей на собственные ладони, — или того, кто под ним?

Когда подёрнутые ледяной коркой глаза сумасшедшего вояки начали меняться, Андрей сначала не поверил собственным глазам. На миг зажмурился, но это не помогло, глаза вояки быстро напитались желтизной, а зрачки, сузившись, вытянулись в тонкие треугольники. Испуг подстегнул к действию; протянув трясущуюся руку под столешницу, Андрей вдавил тревожную кнопку.

— Бесполезно, — усмехнулся сидящий на столе, — в глаза смотри, — потребовал он.

Подняв голову, тот затрясся от ужаса. Вместо человека на столе сидело кошмарное создание. Жуткое, демоническое порождение, вынырнувшее из страшных глубин воспалённого разума, сверлило его злым, звериным взглядом. От охватившей жути поплохело настолько, что Андрей лишился способности соображать.

В чувство привела тяжёлая пощёчина. Глаза открыл в тот момент, когда кошмарное порождение, вновь превратившись в человека, сгребло в рюкзак пачку банкнот.