Дорога домой

— Он самый, майор Вольнов.

— Младший лейтенант технической службы Ольта Дрэм, — представилась она.

— Что же ты тут делаешь, Ольта Дрэм?

— Как что? — искренне удивилась девушка. — Наша команда готовит ваш аппарат.

— Ты лично, — уточнил Алексей, — не мужики механики, а лично ты, как здесь оказалась?

— Нашу команду набирали из добровольцев. Я даже не надеялась, но и мне нашлось местечко.

— Понятно, — произнёс он, пядь за пядью осматривая гулкое, освещённое тусклым синим светом пространство палубы.

Ему приходилось бывать внутри вахновского крейсера, но тогда перед штурмовыми ротами катился огненный вал, мало что оставивший в целости и потребном виде. Сейчас же, скользя взглядом по убранству чужой шлюзовой палубы, контейнерам с оборудованием и множеству непонятного назначения вещей и механизмов, Алексей впервые видел будничную работу чужой палубной команды. Внешний вид суетящихся в призрачном свете трёхметровых гигантов напоминал Алексею кадры из полузабытого фильма ужасов. Даже зная, что вахны уже не враги, он всё равно не мог понять, что именно подтолкнуло шагающую впереди особу добровольно жить и работать среди тех, кого в республике давно записали в главные герои детских страшилок.

— Понятно, — ничего на самом деле не понимая, повторил Алексей.

— Я всю войну мечтала хоть на минуту оказаться на пике атаки. Среди настоящих героев, среди тех, кто подвигом своими куёт победу, — правильно поняв недоумение Алексея, пустилась в объяснения девушка, — а тут такой шанс. Подруги от зависти лопнут, когда узнают, что я лично знала пилотов, жертвующих собой ради окончательной победы.

Девушка вновь посмотрела на него с обожанием, и Алексей начал понимать.

«Клиника, — думал он, — контора Снайка явно переборщила с патриотизмом».

Слова о жертвующих собой пилотах ещё раз напомнили о качестве, в котором он здесь оказался. До ярко освещённого участка палубы, где работали коллеги Ольты, оставалось метров триста, Алексей сбавил шаг.

— Слушай, — заговорил он вкрадчивым голосом, — ты говорила о пилотах, напомни, сколько их до меня было?

— Двое, вахн Ито и уроженец Тиуса, капитан Лене. Когда он не вернулся, я рыдала всю ночь. Ой, — вдруг воскликнула девушка и детским наивным жестом хлопнула себя по губам ладошкой, — мне вообще запретили с вами разговаривать.

— И кто же? — нацепив самую обворожительную улыбку, поинтересовался Алексей.

— Полковник, проводивший инструктаж.

— А он, по-моему, даже не представился.

— Носит чёрную форму, — ткнул пальцем в небо Алексей.

— Да, — обрадовалась совпадению Ольта.

«Всё-таки контрразведка, — заключил Алексей, и на душе стало паршиво, — старый, добрый Дэйсон мать твою. Ладно, — думал он, — посмотрим, что можно вытянуть из дитя патриотизма».