Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей

Ведь по закону, кто нашёл, тот и хозяин, если никто не опровергнул этого в течение трёх дней.

– Чем она платит за рабов?

– Патронами и девками, которые уже не могут работать, но ещё годны для кое-чего другого, – гнусно усмехнулся Джек.

– Негусто, – ответил Ли, передёрнувшись от омерзения.

– Она знает, что делает. В её бордели идут со всей пустыни, а это товар, и немалый. Где ещё найдёшь место, где тебя встретят девки на любой вкус? Можешь делать, что хочешь, только плати.

– М-да. Никогда бы не подумал, что Стелла может превратиться в чудовище, – мрачно произнёс Ли, отворачиваясь от Джека. – Сколько всего караванов она заказала?

– Пять. Два пришли, мой третий, а ещё два идут следом.

– Уже не идут, – зло усмехнулся Ли.

От этой усмешки у Джека пробежал холодок по спине.

– Ты и правда крут, ученик механика, – медленно проговорил он.

– Ты умеешь думать, – одобрительно кивнул Ли. – Но плохо.

– Что «плохо»? – не понял Джек.

– Думать умеешь плохо, – пояснил Ли. – Она делает это специально, чтобы заманить меня. И уж если я справился с ней, то вы для меня не противники, а просто падаль.

– Эй! Ты обещал не убивать меня! – вскинулся Джек.

– Разве? Что-то я такого не помню, – хищно оскалился Ли, наступая на работорговца.

– Ты обещал! Обещал!

– Значит, я тебя обманул, – коротко ответил Ли, подходя ближе.

– Отдай его мне! – прозвенел над оазисом дрожащий от ненависти девичий голос.

Ли медленно обернулся и, посмотрев на девочку, медленно кивнул:

– Он твой. Ты это заслужила.

– Нет! – раздался вопль Джека. – Убей меня сам! Убей, только не отдавай! – вопил он, и эхо разносило его крик по пустыне."

"Ли отвернулся и присел к огню. Ему была неприятна мысль о пытках, но он понимал, что подростки имеют право на месть. Вопли работорговца долго ещё раздавались над оазисом. Подростки вспомнили всё, что смогли почерпнуть в своей короткой, но полной жестокости жизни. Джек Безглазый ответил за всё. Вся боль, которую он когда-либо причинил, вернулась к нему сторицей.

Его крики стихли только к утру, и только тогда Ли позволил себе обернуться. То, что осталось от работорговца, мало напоминало человеческое тело. Подростки буквально растерзали его, не оставив ни одной целой кости, ни единого клочка кожи. Это было страшно.

Медленно поднявшись, Ли умылся и, перекусив сухарями, собрался уходить, когда дорогу ему заступила та самая юная мстительница.

– Ты уходишь?

– Да. У меня есть ещё дела.

– Куда ушли те, кого ты освободил раньше?

– В место, которое я им показал. Многие ушли домой. Это их выбор.

– А нам ты не хочешь показать это место?

– Нет. Я отправил туда людей, а не убийц.

– Ты не можешь так говорить! Ты ничего не знаешь! Мы имели право на месть!

– Да. Но вы могли просто убить его, а не пытать всю ночь.