Дориан Дарроу: Заговор кукол

Беспомощно. И простительно.

Присев рядом с Минди и убедившись, что она все еще пребывает в глубоком обмороке, Френсис перетянул руку жгутом.

— Что ты делаешь? — Дориан поднялся и кулаки сжал. Никак воевать собрался. Вот это — совершенно лишнее.

— Всего-навсего беру толику крови.

Френсис опустил руку девушки и пристроил крупную ладонь ее в чашу. Вышло неплохо. Троакар легко пробил кожу и стенку сосуда, а когда вышел, из аккуратного отверстия вытекла бурая ленточка крови. Френсис убрал жгут, и крови стало больше.

Пахла она просто очаровательно.

Черная карета с гербом князей Хоцвальд-Страшинских остановилась на мосту. Возница причмокнул, шлепнул поводьями по широченному крупу вороного коня, но тот остался неподвижен, лишь голову опустил, точно норовя дотянуться до белых копыт.

Возница вздохнул и, воровато оглянувшись, сполз с козел.

К счастью, улица была не многолюдно.

Скрывшись в карете, он вытащил широкий фартук, пару рукавиц и гнутую железяку, один конец которой расходился двумя лопастями гигантского ключа.

— Сейчас поправимся, — сказал возница коню и, ухватившись за уздечку, резко дернул вверх.

— Одного не пойму, Уолтер, как ты в это ввязался? — лорд Фэйр потер виски пальцами и недобро глянул на Персиваля. Глазки у его были светлости колючими, что штыри, которыми тхаги черепушки долбят. А в черепушке Перси за нынешний день и без того дыр набралось преизрядно.

Уйти бы… нельзя. Сидеть велено. Перси и сидит. Да только тошно вовнутри, кажется, будто сидением этим он опаздывает.

Баксли, небрежно развалившийся в кресле, пояснил:

— Я же говорю. Пытался отбиться от очередной невесты и переборщил. Обычно девицы от моего предложения изящного сбегают под защиту родственничков, а эта взяла и из дому. Фаренхорты в ужасе. Тетушка моя рвет и мечет. Ну и пришлось.

Персиваль сидел тихонечко, вжимаясь в угол между камином и стеной. Камин был горячим, а стена наоборот. Любое движение Персиваля порождало звуки и привлекало внимание, совсем уж ненужное.

И ведь не сбежишь же: от Тайного совета бегать — себе дороже. Перси не помнил, как оно вышло и почему, когда он открыл глаза, перед ними болталась нумерная бляха с серебряной печатью.

— Придется нам, любезный Персиваль, навестить одного достойного человека, — сказал тогда Уолтер Баксли, поправляя очечки. И добавил, пряча бляху в потайной карман: — Вы только себя в порядок приведите, уж будьте любезны. И поскорее.

Перси только и смог, что кивнуть.

— Интересно выходит. Эмили Спрингфлауэр. Минди Беккет. Дориан фон Хоцвальд и он же Дориан Дарроу.

Лорд Фэйр задумчиво уставился на бокал в руке. И Перси закусил губу, затыкая себе рот.

— Вы, подите сюда. Сядьте. Уолтер…

— Может, я так расскажу? — предложил Персиваль, присаживаясь на низкое креслице.