Список донжуанов

Пока я кусала губы и пыталась сообразить, что делать, Марья подошла к камину, вытащила кочергу и вцепилась в нее обеими руками, вроде к чему-то примериваясь.

– Положи на место, – забеспокоилась я.

– Надо огреть его легонько и смотаться отсюда.

– А как же заповедь «не убий»? – разволновалась я, почувствовав в ней непоколебимую решимость, оттого и воззвала к ее христианским чувствам.

– Кто его собирается убивать? – возмутилась она и направилась в холл.

– Погоди, – зашипела я, но Марья не слушала меня. Я бросилась за ней, стараясь не шуметь.

В последний момент мужчина все-таки уловил движение сзади и повернулся, но опоздал. Удар пришелся как раз по лбу. Что-то хрустнуло, точно арбуз, когда его по недосмотру уронишь на асфальт, и мужчина мешком свалился на пол. Марья бросилась к входной двери. Я за ней. Однако на лестничной клетке я пришла в себя и остановилась, Марья тоже притормозила и зашипела:

– Чего ты?

– Того, – зло ответила я. – Мы не можем его там оставить.

– Кого? – Она вновь поднялась на несколько ступеней и с недоумением смотрела на меня.

– Мужика этого.

– Почему это не можем, я очень даже могу.

– Представь, что из этого получится. Сейчас вернется Серега, а у него в доме такой подарок. Он непременно заявит, что это наших рук дело, пистолет спрячет, вызовет ментов, и получится, что мы его дружка едва не укокошили.

– Ух ты, господи, – в досаде пробормотала Марья и, помедлив, добавила: – Тогда пошли.

Мы вернулись в квартиру. Мужчина лежал ничком и не подавал признаков жизни. Я быстро набрала номер мобильного Олега и, услышав «да», спросила:

– Говорить можешь?

– Слушаю вас, Вера Степановна, – дурацким голосом заявил он, из чего я заключила, что муж где-то рядом.

– Что хочешь делай, но задержи его еще на полчаса.

– Это невозможно.

– Сделай невозможное, – рыкнула я, и он ответил:

– Постараюсь.

Пока я разговаривала с Олегом, Марья, присев на корточки, разглядывала мужчину. Я тоже собралась взглянуть: вдруг знакомый, но охота к этому у меня тут же пропала, потому что Марья заявила:

– Он умер.

– Не может быть, – не поверила я. Не словам Марьи, конечно, а подлости судьбы.

– Если бы… Сима, я его убила. Меня в тюрьму посадят. А за что? – Она вовсю заикалась, и стало ясно: истерика последует незамедлительно. Только ее сейчас и не хватало.

– Нас посадят вместе, это во-первых. Во-вторых, тюрьма – очень подходящее место для размышлений о душе. А в-третьих, те, кто страдает на этом свете, незамедлительно обретут царствие небесное.

– Ты надо мной издеваешься? – захныкала Марья.

– Ничуть.

Я заставила себя опуститься на колени рядом с ней, но никакие силы не принудили бы меня коснуться мужчины, что лежал на полу.