Я! Еду! Домой! Те, кто выжил

— Вот он у Колена в замах типа, по общим вопросам, — сказал Серж. — У нас к нему еще до Песца вопросов было выше башки, висит на нем многое, но зацепить не могли.

— А остальным военным он как? — уточнил я. — Тем, которые не с вами?

— Пока никак, если честно. Он с ними интересами не пересекается, а с нами просто напрямую.

— Ну а если с ним беда случится, равно как и с его братвой, те же вояки что делать будут? — спросил я. — И Центр этот ваш?

— Центру сейчас уже все по хрену, похоже, у них забота все одним куском удержать, я же говорил, — задумчиво ответил Серж, больше, видимо, сам с собой обсуждая. — А воякам тоже все до фени — что есть Колено, что нет его. А вот нам не все равно: мешает он здорово, прямо поперек интересов стоит.

— А вы ему?

— А мы ему — однозначно, — уверенно ответил он.

Чуть помолчали, затем я спросил вновь:

— А в Андреаполь вас зачем понесло? Вообще же глухомань — в нем какой смысл?

— Смысл? — как-то хитро усмехнулся он. — Смысл прямой. Ты знаешь, что там нефти полно? И не глубоко?

— Не понял, — более чем честно сказал я, прищурившись.

Нет, я все понимаю, месторождений нефти в мире много, и вовсе не все из них в Сибири или у арабов. Белорусы нефть качают в Гомельской области, например, хотя никто не слышал, что Беларусь — импортер нефти. Им тех объемов и для собственных нужд не хватало, но… но все же нефть была. Или как в Техасе нефть качают в сотнях мест. Тоже ведь объемы так себе, но местных миллионеров такие маленькие месторождения плодят успешно. А вот про родной край я такого не слышал.

— Ее давно нашли, еще в семидесятых, — сказал Серж. — Просто месторождения мелкие, от пяти до тридцати миллионов тонн, поэтому тогда решили, что добыча невыгодна. Потом Газпром бурил скважины, повторили то же самое — мол, смысла нет тут добывать и трубу тянуть. А добывать ее просто… ее ведь как обнаружили, не знаешь?

— Я про саму нефть не знал, не то что про то, как обнаружили, — сказал я.

— А, ну да, — кивнул он. — Вообще в тех краях всякое случалось — и колодцы взрывались, и над артезианскими скважинами газовые факелы неугасимые горели, но всерьез началось с того, что жалобы пошли на артезианскую воду — мол, керосином отдает. Следствие начали, грешили на Удомлю, на АЭС, думали, что те что-то сливают и в почву просочилось, но по анализам вышло, что нефть, самая обычная. Для того чтобы Кувейтом стать, ее бы не хватило, а вот для своих нужд — на тысячу лет хватит, если начать бурить.

— И перерабатывать, — уточнил я.

— Точно, — кивнул он. — Но НПЗ[32] в области нет, так что придется что-то строить вроде чеченских «самогонных аппаратов». Девяносто восьмого не обещаю, но для грузовиков и судов топливо иметь можно.

— А как добычу наладите?

— С этим трудностей нет, нашли, что требуется, — сказал он.