Вернуться домой

Мне, кстати, тоже было интересно послушать, все же эти моменты я как-то упустила, полностью погрузившись в расчеты и учебу.

А еще по итогам разговора обнаружился неожиданный бонус. Папа пообещал помочь с оформлением документов для рыжего. Я даже выдохнула от облегчения. А то непонятно, с какой стороны к проблеме и подступиться-то. Если же у Вентера будет хотя бы паспорт, то можно будет спокойно брать его с собой для проверки всяких «аномальных» зон. Я-то про их возможную связь с Источниками только сейчас узнала. И не факт, что сама опознаю эти места, даже когда рядом пройду. В конце концов, должна же и от этого рыжего вредителя быть какая-то польза?

Ночью в комнату прокрался мой братец и, тихо чертыхаясь, зашуршал снимаемой одеждой, подозрительно воняющей машинным маслом и бензином.

Я насторожилась и тщательнее принюхалась.

Ну точно! Бензином пахнет.

Похоже, он все же купил себе того хромированного монстра. Мама, когда узнает, его прибьет! И меня до кучи…

Я, тяжело вздохнув, завернулась в одеяло. Интересно, успею ли я в понедельник сбежать из дома до того, как разразится локальный армагеддец? В конце концов, мне с утра на работу надо — заявление об увольнении написать. Да и в родной квартире я давно не была. И вообще — как-то очень жить хочется…

А Дениска сам виноват! Вот пусть и отдувается!

Хм-м… Захватить с собой завтра рыжего на экскурсию по Москве или пусть дома громоотводом поработает?

Ладно, утром решу. А пока — спатеньки…

— Иди за мной! Я покажу тебе мир, полный чудес и тайн.

— Мы что, идем к холодильнику?

Стыдно в этом признаваться, но утром понедельника я, изобразив бурную деятельность из серии «ах, у меня столько планов на сегодня», трусливо сбежа… предприняла стратегическое отступление, бросив братца на растерзание маме. Ну и рыжего на заклание оставила, чтоб мелкому не так одиноко было лежать на жертвенном алтаре. К тому же теплилась в глубине души слабая надежда на то, что присутствие гостя позволит Дениске выжить и даже выйти из битвы без особых увечий. В то, что он обойдется совсем без трепки, все же не верилось. Я, конечно, законченная оптимистка, но все-таки меру знаю.

На работе, как ни странно, мое заявление на увольнение приняли довольно спокойно. Впрочем, тут мало удивительного, оно было далеко не единственным. Компания стояла на грани банкротства, так что народ оттуда бежал, сверкая пятками. Как ни жестоко говорить такие вещи, но это оказалось неплохим прикрытием. По крайней мере, странным мое внезапное желание уволиться точно никто не сочтет. Гораздо сложнее было договориться о том, что я не стану отрабатывать законные две недели перед уходом. Впрочем, вопрос решился.