Домик тетушки лжи

Снап и Банди намного крупнее меня. Я нахожусь где-то между мопсами и питбулем. Хуч весит четырнадцать килограммов, а Бандюша восемьдесят два, во мне же ровнехонько сорок восемь. Значит, если сложить вместе Хучика и Банди, и потом разделить на два, то получаюсь я. Ваша покорная слуга – среднее арифметическое от двух кобелей.

Грушевый торт исчез так же быстро, как и появился. Облизнувшись, я хищно покосилась на суфле из клубники, но потом все же решила: хватит. Вес у меня, конечно, небольшой, но печень может взбеситься и отомстить хозяйке, дорвавшейся до жирного теста. И вообще, следует прекратить обжорство и заняться делами. Сначала я набрала полученный от Кирилла телефон Вари Хоменко. Но трубку никто не снимал. Небось девушка на работе или шляется по магазинам. Ладно, займемся следующим вопросом.

Быстро потыкав в кнопки, я услышала бодрое:

– Слушаю.

– Женька, скажи пароль!

– Опять двадцать пять, – сердито ответил эксперт, – ни за что!

– Женюсик, – прочирикала я, – помнишь, ты говорил о чудо-скальпеле, английском, в бархатной коробочке? Ну тот, который дико дорого стоит в «Медтехнике» и с которым так здорово работать?

– И что? – осторожно поинтересовался Женька.

– Он твой.

– С ума сошла, да?

– Ну должна же я сделать тебе подарок к 25 де-кабря.

– Это что за праздник?

– Милый, ты совсем заработался, Рождество!

– Так не наше же, католическое!

Я вздохнула, не буду пускаться сейчас в теологическую дискуссию о том, когда и сколько раз появлялся на свет Христос.

– Ну, Женюсик, я живу полгода в Париже и, естественно, отмечаю и их Рождество. Так что радуйся! Скальпель твой, а теперь будь умницей, скажи пароль.

– Подожди, – буркнул Женька и положил трубку на стол.

Я терпеливо ждала.

– Липа, – сообщил приятель.

– Что?

– Ну пароль такой, липа.

– Спасибо, котеночек.

– Кушай на здоровье, – буркнул Женька."

"Я вновь принялась терзать «Сименс». Тесно общаясь с Александром Михайловичем много лет, я узнала кое-какие секреты. В частности, этот. Когда сотруднику правоохранительных органов нужно уточнить домашний адрес какого-нибудь человека, милиционер набирает заветный номерок, называет свою фамилию, пароль и получает доступ к сведениям. Ну, на фамилию, предположим, наплевать, в МВД туча людей работает, не могут же девушки из адресного бюро знать всех? Зато пароль! Его меняют каждый божий день, вот ведь безобразие!

Услыхав «липа», женщина вежливо, но весьма холодно ответила:

– Слушаю.

Я поторопилась изложить суть дела.

– Бонифаций? – переспросила служащая. – Ни фамилии, ни отчества, ни года рождения?

– Вы хотите сказать, что каждый второй москвич носит такое имя?

– Ждите, – не пошла на контакт тетка.

В трубке воцарилась тишина. Я смотрела в окно, на улице пошел снег.