Со-рин твоего дома

Все равно сволочь! Но хотя бы не предавал и действительно спас… – Ты ведь понимаешь, Шэйтассс, что я потом и тебя, и его возненавижу? – Из-за того, что меня уткнули в свою грудь, мой голос прозвучал едва слышно. – Хотя вряд ли это вас волнует, лорды, главное – получите свое.

– Понимаю. Но все же рискну. И ты не права, сладкая, меня волнует все, что с тобой связано. – Мягко, но настойчиво оттянул за волосы и склонился к самым губам. – Пока мне нужна всего одна ночь, цветочек. Чтобы понять… А потом пос-с-с-смотрим, Лена. – Лизнул мне щеку и прошелся влажным языком по губам, довольно хмыкнув, а я, не удержавшись, брезгливо вытерлась.

– Прекрати! Что понять? – Странное поведение черного нааганита ставило меня в тупик и заставляло нервничать еще больше. Я ждала от него грубости и злости, гнева и ярости, похоти, в конце концов! Но не такого…

– Что значит то тепло в сердце, когда ты рядом и я слышу твой аромат, цветочек, и почему я тебя желаю так, как до этого не желал ни одну из рин. Меня даже Анаин так к себе не притягивала, как ты. И почему хочется вцепиться в глотку иссаэру, когда я вижу вас вместе, особенно когда чувствую его запах на твоей коже. А Дэйрашшша мне вообще убить хочется, хоть он и твой ньер по праву. Вот этого я и не понимаю, женщина…

Когда мои губы снова накрыли поцелуем, даже не сопротивлялась, находясь в каком-то ступоре. Холоднокровный только что признался мне в любви! И кто?! Шэйтассс! И что мне теперь с этим делать? Ведь если любовь неразделенная, она превращается в ненависть, сжигая и разрушая все на своем пути. Хотя… нааганиты и понятия не имеют, что это такое. Я опять заблуждаюсь. Ниид просто меня хочет. Инстинкт самца на чужую, но все равно желанную самку и не более того. Правда, от этого нам не легче: пока темный свое не получит – он не отступится. Но и я не собираюсь ложиться с ним в постель. Даже по приказу ньера. Особенно по приказу. Дэй, пожалуйста, откажи…

Минута, другая, и поцелуй прервали, вспомнив, что нас вообще-то ждут, причем по его же приказу. Выйдя из спальни, украдкой вытерла губы, пока ниид не видел, так как отвлекся на стоящих у дверей раянок. Одна из девушек заметила мой жест, но не подала виду. Только хмыкнула и отвернулась. Вот кому я завидовала – единственные женщины в мире нааганитов, которых не трогали, потому что себе дороже. Эти красавицы могли и знали, как за себя постоять. Их организм не принимал «дар жизни», избавляясь от него, как от яда. Раса воительниц с тысячелетним генетическим отбором потомства. Отца будущих детей выбирали, как племенного жеребца, следуя особым правилам и наследию рода. Регенерация, реакция, скорость, сила – все на высочайшем уровне. За это их и ценили.