Со-рин твоего дома

 – Вот и вали к своей обученной! От меня тогда чего тебе надо?! Я не хочу, чтобы ты ко мне после нее прикасался! Пусти!!!

– Успокойся, глупая, не было у меня никого! – Прижал к себе так, что я вздохнуть не могла. – Зачем мне безвкусные рин, когда у меня есть маленькая сладкая надин, которая, оказывается, еще и о-о-очень ревнива. – Надо мной смеялись. – Было бы у тебя наше обоняние, ты бы сразу это почувствовала.

– Тогда зачем ты… – договорить я не смогла. От облегчения на глазах выступили слезы, мне так хотелось верить в то, что он сказал.

– Хотел увидеть твою реакцию, и, знаеш-ш-шь, – шепот над ухом, и моя мочка болезненно укушена, – она мне понравилас-с-сь. Видела б ты свои глаза… – Анаишшш впился в губы долгим поцелуем, начиная стаскивать с меня халат. Оголяя плечи, грудь, добираясь наглыми пальцами до живота и ниже…

– Ты сволочь! – В отместку прикусила нааганиту губу.

– Угу, – промычал блондин, продолжив прерванный поцелуй, прикусив мне язык в ответ.

– Но ведь твой брат сказал… – выдохнула я, когда иссаэр отстранился, подхватив меня на руки и направляясь с определенной целью в спальню, – что нельзя…

– Так его ж рядом нет. Откуда он узнает? А я буду о-о-очень осторожным. – В потемневших глазах коварство и голод. – Если что-то будет не так, скажешь, договорились? – Проскользнуло легкое опасение.

– Да… – Улыбнувшись, я обняла

мужчину за шею и первая потянулась к его губам. – Ну ты и змей, Анаишшш!

– Не змей, а нааганит.

– Об этом я и говорю…

Через несколько часов, довольная и счастливая, я под насмешливым взглядом иссаэра сметала все со стола, утоляя проснувшийся дикий голод, чувствуя себя более чем хорошо. Никакой тошноты или депрессии. Прекрасное настроение и счастливая улыбка, а энергии было хоть отбавляй. Сама себе удивлялась.

Анаишшш был тоже в довольно хорошем расположении духа: мой проснувшийся аппетит и улучшившееся самочувствие его порадовали. С лица не сползала самодовольная мужская ухмылочка, на которую я даже не обращала внимания. Пусть скалится, заслужил! Но настроение иссаэра резко поменялось, когда к нам пожаловали гости. Вернее, гость. Охрана доложила о прибытии Шэйтассса. Пропустили. Попробуй такому отказать: ши-ар моего ньера и хозяин всего, что нас окружало.

А когда я услышала, с чем пожаловал наг, испортилось и мое настроение. В приказной форме нам сообщили, что до возвращения Дэйрашшша я буду жить в апартаментах Шэйтассса под охраной его ниидов и раянок, дабы моя жизнь – а особенно жизнь малышки – не подвергались даже малейшей угрозе. Ведь он, как ши-ар моего ньера, обязан позаботиться о безопасности со-рин и не родившихся детей своего супруга. Так что для нас с иссаэром уже подготовлены комнаты – как говорится, добро пожаловать.