Мы снова дома

Хозяйка голосовой командой открыла голоэкран и вызвала браузер, к такому она, как остальные жители империи, давно привыкла, в отличие от жителей западных стран, до сих пор пользовавшихся мониторами — туда голографическая техника не поставлялась ни при каких обстоятельствах. После чего позволила пользоваться браузером гостье. Та задала поиск по параметру «Современные молодежные песни планет империи», после чего ткнула пальцем в третью сверху ссылку. Открылся очень скромный, явно любительский сайт, с экрана улыбнулись пять совсем молодых девчонок, вот только людьми из них являлись всего две, а остальные три — эльфийка, орка и дроу.

— Это группа с Арды, — пояснила Эрида. — Они студентки, математику и физику изучают в Первом Толкинском университете, он на каком-то острове Фламинго расположен. Музыкой занимаются в свое удовольствие, не ставят ее во главу угла.

Она включила какую-то запись, сперва запела одна девушка, затем вторая и третья. Поначалу ничего особенного не было, неплохо, но не более того. Однако затем Алика невольно заслушалась. Голосами девчонки обладали богатыми и очень разными, но толком пользоваться ими еще не умели, хоть и старались. Но когда она вслушалась в смысл песен, то у нее перехватило дыхание. Что-то очень наивное, но чистое настолько, что омывало ее не раз испачканную душу, как ключевой водой. И отнюдь не о любве, любовью назвать то, о чем пела Алика, было никак нельзя, только эгоистичной любвой, жаждой обладания, и она это прекрасно понимала. Здесь же было совсем иное, зовущее куда-то туда, вверх, где место далеко не каждому, а только тому, кто готов распахнуть крылья и броситься в пропасть, не зная упадет он или взлетит.

— Обалдеть… — прошептала она после получаса прослушивания. — Теперь я тебя понимаю… И согласна, что если бы мы пели такие песни…

— Да кто бы нам в те времена это позволил, даже если бы нашли хоть немного похожие? — скривилась Эрида. — Вспомни хотя бы примадонну, чтоб ей провалиться, сволочи старой. Она одобряла только пустышки, ничего по-настоящему талантливого не пропускала. И никого.

Алика хмуро покивала. Помнила она все это, прекрасно помнила, но хотела вспоминать. В голове вертелась какая-то мысль, которую женщина никак не могла поймать за хвост. А когда наконец поймала, то ошалело замерла. Черт возьми, но ведь это выход! Она больше не могла вот так бессмысленно жить, надо было куда-то приложить себя. Сама не может петь, нечего? Да, нечего! Но почему бы тогда не помочь хотя бы вот этим девочкам отточить свой талант? Научить вести себя на сцене? Научить играть голосами. Она все-таки консерваторию по вокалу заканчивала, много знает и умеет.