Мы снова дома

Только на всякий случай сразу хочу попросить прощения, я не уверена, что смогу остановиться до того, как все случится. Слишком долгим было воздержание, если этот физиологический механизм сработает, то мне, как у вас говорят, может снести крышу…

— Покажите, — врач был полностью уверен, что сумеет удержаться в любом случае, он был неплохим экстрасенсом и владел методиками защиты сознания. Ему было крайне любопытно понять, что за воздействие планирует использовать рогатая инопланетянка.

Вот только он, как вскоре выяснилось, ошибался. Михаил Владимирович внезапно ощутил, как его потянуло к сидящей напротив женщине, потянуло с такой силой, что проживший больше четырех столетий человек напрочь забыл обо всем, хоть и задействовал защиту сознания, встал и, как сомнамбула, двинулся к ней. Возбуждение оказалось настолько сильным, что у него едва комбез в определенном месте не лопнул. Пришел в себя врач только после того, как понял, что все закончилось, и он лежит на девушке, все еще находясь в ней. Кхе-Тхая, подергиваясь в оргазме, сладострастно стонала, закатив глаза. Чрезвычайно смущенный Михаил Владимирович аккуратно встал, застегнул комбез и сел, чувствуя себя очень неловко.

— Извините… — отчаянно покраснела орелен, тоже вставая и натягивая комбез. — Я же говорила, что не сдержусь, если запущу женский зов… Он и нас, женщин, возбуждает очень сильно, чтобы не обращали внимания на внешность мужчины… Нам ведь от него только одно нужно…

— Это я должен извиниться… — проворчал врач. — Должен был справиться!

— Вы не могли, с зовом способны справиться только немногие очень сильные маги, мы с такими сталкивались в нескольких мирах. Сразу после этого бежали оттуда без оглядки, понимая, что полностью беззащитны против них, ведь маги с их дикой гордыней такого воздействия не простят.

— А вдруг забеременеете?..

— Это станет для меня величайшей радостью! — улыбнулась Кхе-Тхая. — Я уже лет двадцать мечтаю о ребенке. Но меня с детства считали еретичкой, вот жрицы и следили, чтобы мне не доставалось мужчин, а на свободную охоту не отпускали. Я потому, наверное, и не удержалась… Еще раз извините…

— Но если родится ребенок, то я, как отец, хотел бы принимать участие в воспитании, — пристально посмотрел на нее Михаил Владимирович. — Прошу также учесть, что с семи лет все наши дети отправляются в интернаты. Это обязательно. Да дети и сами туда хотят обычно, там интересно.

— У нас примерно в том же возрасте детей забирали у матерей в жреческие школы, так что это обычно, — кивнула орелен. — Меня в такой и обучили ходить по мирам. В школах действительно интересно. Я свою мать почти и не знала, она погибла, когда мне и пяти лет не было.