Хозяйка волшебного дома. Книга 2 (СИ)

Сердце заволокло ощущение грязи, до боли захотелось отдернуть от чужой безделушки руку. Да только взгляд никак не могу оторвать от сияющих искр. Одна сорвалась и полетела в сторону моего дома. Вторая чуть, замешкавшись, устремилась к морю.

Что это значит? На мое тело навалилась такая усталость, хуже гранитной плиты, будто бы я сама убиралась в доме, ловила птиц и потом тащила их в дом.

— Что вы видите, ведьма? Вам плохо? — подхватил меня за талию обеспокоенный эльф.

— Я не понимаю. Ваша жена, — что ему сказать? Как ответить? Солгать или убить надежду? Прямо я больше в эти стальные глаза смотреть не могу.

— Ваша жена отправила два письма. Две новости. Я не знаю. Мне нужно подумать.

— Шарлатанка, ты решила меня обмануть? Впрочем, нет. Магии вылилось наружу немало. Но ваш браслет? Он ведь подделка, не так ли? Такие изумруды достойна носить… проклятая.

— Конечно, подделка, — соглашаюсь я поспешно. Эльф так и не отвел от меня глаз, смотрит, будто силится что-то прочесть на лице и не может. Льется наружу его серебряный дар. Эльфийский, холодный, наделяющий жизнью и все же такой слабый и нежный, будто цветок в зимнюю стужу. Вот он сияет, но тронь, и разобьется на множество ледяных искр.

— Вы дойдете до дома? Я бы не хотел делать свое появление в этом городе явным.

— Конечно, дойду. Удачи вам.

— Непременно. Я найду ее, — сжал он губы в тонкую линию, — Найду и непременно убью.

— Зачем, — шепчу я, силясь вырваться из оков его жёсткой руки. Будто птица, пойманная в капкан, бьюсь за свою свободу. Чужеродный, холодный, почти призрак, растаявший в том, что осталось от былой жизни.

— Честь есть слава и жизнь. Порок страсти опаснее смерти, он охмеляет разум. Даже такого, как я.

— В страсти рождаются самые сильные дети, — повторяю я слова нянечки из детдома. Так она говорила всем нам, брошенным и ненужным. Плодами страсти многие из нас и были. Страсти, но не любви.

— Быть может, — капкан руки разжался, я вновь обрела свободу. Смогла задышать, опереться только на свои ноги. А эльф? Он просто исчез в глубине моего стриженого сада. Вроде бы и зелени теперь мало, скрыться мужчине здесь негде, но эльфийского короля больше нет. Только чупокабр стоит рядом со мной, трётся о ногу лохматой башкой, утешает, как может.

Великий грех смотреть в чужие судьбы. Пусть их боги рассудят, но точно не я.

— Что увидела щедрая хозяйка? Или этот ослоухий тебя напугал? Хочешь, я его покусаю?

— Не хочу. Пусть исчезнет. Его жена умерла. Растворилась в дымке.

— Такова воля богов, я уверен. И обед тоже в их воле. Пойдем, пока борщ не остыл."

"Зябко поежилась и встряхнула волосами. Нет, этого недостаточно. Прикосновения короля хочется смыть. Слишком уж велико его горе. Как только супруга догадалась ему изменить? И почему сбежала? Не хочу думать.