Дом в Мансуровском

– Не Дюймовочка, а принцесса, – смеялась мама, – живет во дворце! И вы, девки, стремитесь!

– Куда? – спрашивали сестры. – Во дворец?

– Замуж за приличных людей. Какой уж дворец! Хотя бы с квартирой!

В те годы они, наконец, увидели столицу – Красную площадь, Царь-пушку и Царь-колокол, улицу Горького, Парк культуры с колесом обозрения, с высоты которого была видна вся красавица Москва. И Выставку достижений народного хозяйства с золотым фонтаном Дружба народов, который Асю потряс. И павильон Космос, где девочки замерли. И Бородинскую панораму, зайдя в которую потеряли дар речи.

Прокатились на прогулочном пароходике по Москве-реке, увидели главный магазин страны ГУМ, где продается самое вкусное в мире мороженое, Исторический музей и еще много чего. Например, театры, куда их водили со школой. И вот тогда и пришло осознание, что Москва – самый великий и самый красивый на свете город, а они, сестры Акишевы, теперь москвички, и гордость заполняла их маленькие сердца.

Через шесть лет папа получил медаль и звание Героя Социалистического Труда, а еще через полгода – большую, просторную, светлую трехкомнатную квартиру, собственное жилье, и постоянную московскую прописку.

После восьмого класса Ася пошла в медучилище. Зухра окончила кулинарный техникум и устроилась в небольшое кафе возле дома, а Латифа работала продавцом в магазине.

В родную деревню по-прежнему ездили летом, во время отпусков и каникул. Дедушке отказывали ноги, и он почти все время лежал, а на хозяйстве оставалась бабуля, но и ей было трудно – возраст. «Закалка есть, а сил нет», – грустно смеялась она.

Вскоре пришлось расстаться с хозяйством – продали кормилицу-корову, и бабушка выла на всю деревню, – а потом зарезали почти всех кур и гусей, оставив совсем немного, как говорится, на еду и на яйца. Москвичи увозили с собой огромные, неподъемные баулы – теперь у них был холодильник.

После барака собственная трехкомнатная квартира показалась им раем. Еще бы! Теперь у них имелись общая комната – зал, комната девочек и родительская спальня. И пусть кухня была совсем крошечная, пятиметровая, и усесться всем вместе не удавалось – обедали и ужинали по очереди, сначала девочки, а потом родители, – это никого не смущало. Зато в выходные и праздники стол накрывали в зале и рассаживались свободно.

На мебель копили и первым делом купили кухонный гарнитур, а потом кровати для девочек и диван для родителей, а уж дальше собирали на стенку, мамину мечту. Осуществилась эта мечта через четыре года после переезда.

Ася давно привыкла к большому городу, правда, в душе оставалась все той же робкой деревенской девчонкой, тоскующей по свободе, простору и вольной жизни.

Но в Москве были театры.