Дом в Мансуровском

План был простой: купить туристическую путевку на морской круиз – из недорогих было путешествие по Дунаю, – и сойти в одном из портов. Сделать это непросто, туристы разбиты на группы, при каждой группе сопровождающие с зорким оком, шаг вправо, шаг влево отслеживается, но Димка говорил, что уйдет. Маршрут просчитан, эта Николь будет его ждать в кафе, проведет его через кухню и отвезет в полицейский участок. И все, тю-тю, дорогие сограждане, земляки и сопровождающие в погонах.

Проблема была в одном – купить турпутевку было непросто. А уж на одного, да на молодого, свободного парня втройне непросто.

Путевки продавались через агентство «Спутник», и там требовалась куча характеристик, справок и прочих дурацких бумаг.

Два раза в путевке Димке отказывали, но пыла он не терял. Брак с этой Николь был невозможен – во Франции у нее имелся богатый и влиятельный муж, с которым она несколько лет как разводилась.

Димка обсуждал план с друзьями, разумеется, с самыми близкими, выходит, среди них стукач?

Так, минуту. А может, про побег им неизвестно? Как он сказал? «Француженка стремная»? Ну да, все правильно. Предупредил, что будут сложности с браком. Нет, они не знают про бегство. Про планы уехать – да, информация открыта, Николь в процессе развода, можно сделать выводы.

О господи! Вот же она накрутила, страшилки нарисовала, на Кружняка сорвалась, а все оказалось гораздо проще.

Выходит, он действительно хотел предупредить? Или все-таки что-то вытащить?

Господи, у нее паранойя.

В тот день Кружняк не ушел, но вечер был безнадежно испорчен.

О Еланском они больше не говорили – какой смысл?

В феврале Юля занялась очень серьезным проектом, и они с Кружняком почти не виделись. Она делала карьеру, стала финансово независимой, отказывалась брать деньги у отца. Кстати, чувствовал профессор себя не очень. Не жаловался, но было заметно: он порядком сдал, постарел, теперь все ему тяжело. Да и Маруся добавила, чертова скромница! Угораздило же влюбиться в этого подводника! Дурында, испортила себе жизнь. И чего ей не хватало? Сидит теперь в этой холодной дыре и пишет, что счастлива. А папа и Ася страдают, не могут смириться, что отпустили любимое дитя.

Тем временем наступали новые времена. К власти пришел Горбачев, и началась перестройка. Стали привычными слова «ускорение», «гласность». Потом случилось падение железного занавеса, крушение соцлагеря, распад СССР.

Начиналась новая жизнь. Какой она будет?

* * *"

"Все не слава богу. По всем азимутам. Тяжело вздохнув, профессор с усилием перевернулся на правый бок – на левом ощущалось сердце. Впрочем, теперь оно ощущалось всегда, на какой бок ни повернись.