Дом в Эльдафьорде

Это совсем не он, нет, господин Йолин был не таким. Господин Йолин был стройным, важным, ухоженным, чего вовсе не скажешь о том: кого мы только что видели!

Стоя вместе со всеми на краю плато, Хейке задумался, а потом сказал:

— Мне хотелось бы побольше узнать о том Йолине Йолинсоне, который находится в сумасшедшем доме… На лицах крестьян появилось облегчение.

— О Безумном Йолине? — спросил Элис.

Стоя возле Эскиля, Сольвейг настолько замерзла, что у нее посинели губы. День выдался не особенно, холодным, упало всего несколько капель дождя, так что вряд ли причиной ее озноба была погода.

— Конечно, это мог бы быть мой шурин Йолин, — неуверенно произнесла она, — но это существо не очень-то похоже на него. Если это и он, значит, он ужасно одичал.

— Возможно, он сбежал из сумасшедшего дома, — предположил Эскиль. — А теперь обитает на этой пустоши, предоставленный самому себе.

— Да, возможно, — задумчиво ответила она. — Терье и его братья были именно такими: высокими, красивыми, хорошо сложенными. Все они были просто красавцами. Мы видели лишь мельком это существо, но ведь теперь он уже постарел…

Она замолчала, не уверенная в своих словах.

— Они были темноволосыми? — спросил Хейке.

— Мы все в Эльдафьорде более или менее темноволосы. Ведь наша деревушка изолирована от мира.

— Да, в самом деле, — согласился Хейке.

Все замолчали. Никому не хотелось идти по плато в сторону каменных завалов, и в то же время никому не хотелось бросать на произвол судьбы Терье Йолинсона. И все готовы были в любой момент броситься бежать.

Незаметно начался дождь. Волосы и плечи людей покрылись мелкими капельками влаги.

— Но ведь мы должны же что-то сделать! — сказал священник. Обдумывая как раз план дальнейших действий, Хейке сказал:

— Да, должны. Но Терье можно считать погибшим. Все вздрогнули, и никто не проронил ни слезинки по нему.

— Сольвейг, — сказал Хейке, поворачиваясь с ней. — Ты можешь идти домой к Маленькому Йолину. Но только не одна, и тебе придется сделать крюк как можно дальше от Йолинсборга. Со мной останутся лишь священник и Винга, все остальные отправятся вниз.

Эскиль горячо запротестовал.

Взяв сына за подбородок, Хейке сказал:

— По крайней мере, один Линд из рода Людей Льда останется в живых. Мы не можем рисковать твоей жизнью.

— Но я могу остаться вместо мамы, я ведь намного сильнее.

— Винга и раньше бывала в таких переделках. Ты же никогда не видел, на что я способен.

— Отец, я никогда не говорил тебе об этом, но иногда мне кажется, что в моем поколении я — меченый.

— Меченой в этом поколении является Тула. У Эскиля отвисла челюсть.

— Тула?..

— Ты никогда этого не замечал? Тогда она более изобретательная, чем я думал, по части своих секретов.