Дом утех «Соблазн»

Тот даже не взглянул на меня, видимо решив, что лимит его внимания я на сегодня исчерпала.

Щупальца задвигалась быстрее, и я прикусила губу, чтобы не застонать, но уткнувшись грудью в руку лысого, царапнула об его одежду стоящими сосками, понимая, что лавина накрыла, и удержаться от стона сил больше нет.

— А-ах…

По бедрам текла смазка, клитор пульсировал, а отлепившаяся присоска заставила вздрогнуть всем телом, упираясь лбом в крепкое, но такое равнодушное плечо лысого.

Орудие удовольствия покинуло мое лоно и, мазнув кончиком, спустилось вниз по ноге, намекая, чтобы я перешагнула через тесемки трусиков, и стоило это сделать, сразу же пропало, утаскивая мое белью за собой.

— Я тебя навещу. Меня зовут Аризель, — пообещал он.

Клиентская база пополняется.

Глава 6

Когда капсула приземлилась, я только начала приходить в себя, поэтому стоило мужчинам высыпаться из транспорта, словно яблокам из корзинки, я едва устояла на ногах, теряя равновесие.

Больше всего меня, конечно, мучило любопытство рассмотреть того, кто забрал мое белье, оставляя после себя прохладу на влажных от смазки бедрах, но лысый поймал меня за руку и повел за собой, даже не позволив толком оглянуться. Все, что мне удалось заметить, так это короткий ежик светлых волос и крупные ладони.

— Добро пожаловать. Марта уже ждет вас, — вежливые слова охранника разнились с крепким, даже болезненным захватом на локте, с которым он подтолкнул меня к резному крыльцу. — Вперед.

Осматриваясь, я даже подумала, что меня обманули и великий «Соблазн» где-то в другой галактике, но сияющая вывеска говорила об обратном, приглашая внутрь дорогих гостей. Из окон начали высовываться смеющиеся девичьи мордашки, что подмигивали и улыбались равнодушной охране, кокетливо прикрывая тонкими ладошками рты.

Такие разные. Словно все, что было в мире, перемешали и забросили в «Соблазн». Вон у той, с длиной белоснежной косой вытянутые ушки, как у эльфийки, а у той, с рыжими волосами, слишком раскосые глаза с вытянутыми зрачками, как у кошки. Все в цветных воздушных тогах, полупрозрачных, позволяющих рассмотреть очертания тел, но скрывая подробности.

— Ну, здравствуй. — Прямо передо мной выросла женщина.

Высоченная как каланча, в узкой черной юбке и кожаных сапогах на высоком каблуке, она казалась еще более величественной, властной, вызывающей желание покоряться. Строгий пучок темных, как смоль, волос подчеркивал целостность образа даже больше, чем тонкая палочка, заправленная в голенище сапога."

"— Что встала? Двигай. У нас куча дел. — Она взяла меня за шкирку как котенка и занесла внутрь, позволяя только охнуть от ощущения невесомости и боли от врезавшихся в подмышки рукавов. — Только посмотри на себя.