Дом у воды

 — Как уж сложилось, Вань…

— Что сейчас говорить, — устало бросил Бессараб, покосившись на сына Цагерта и дочку Пахомова, сидевших на заднем сидении. — Мы сами строим свою жизнь. Каждую минуту принимаем решение.

— Вот и тот парень принял…

— Давай каждый будет за себя, — отмахнулся Иван. — А за того парня — это при СССР была многолетняя акция, и ничем хорошим она не закончилась.

— Давай, — пробурчал Витька, пожимая руку и прикасаясь щекой к щеке давнего недруга. — Ты для нас родственник и навсегда им останешься.

— С Лилькой ни поговорить, ни попрощаться не удалось, — уныло бросил Иван."

"— Так зовите с Зиной в гости. Приедет Золотая королева со всем выводком. Да еще и олененка Бэмби прихватит.

— Хорошая девчонка, — кивнул Иван. — Горжусь Светой. Даже в такой ситуации не озлобилась, а забрала с собой.

— Светка у нас — человечище! У нее свой благотворительный фонд, только она не вопит на каждом углу, кому и как помогает.

— Ну мне-то сказать можно, — насупился Бессараб. — Никому не сообщу.

— Ее фонд детям с раком крови выделяет средства. Считает своим долгом. Сама прошла через это и стремится спасти других.

— Умница, — уважительно крякнул Иван и вышел из машины, увидев, что калитка открылась и в проеме появилась Зина.

Пахомов дернул рукой в знак приветствия, а вслед за ним, как по команде, тете Зине замахали и дети.

— Та-а-ак, — трогаясь, рыкнул Витька, глянув в зеркало заднего вида. — Теперь вы, голуби сизокрылые…

— Папа! — возмущенно вскрикнула Таисья, зыркнув зеленющими колдовскими глазами. — Папа!

— Дядя Витя… — пробасил Мишка и в эту минуту стал невероятно похож на отца. — Я объяснил Арману, что у нас все серьезно…

— А я, стало быть, в пролете? — ощерился Пахомов и, когда сын лучшего друга промямлил что-то, заявил категорично: — Если у вас все серьезно, голубки, объявляйте о помолвке.

— Мы так и хотели, папа! — заверещала Тайка и кинулась обнимать отца.

— Вот и хорошо, — чмокнув тонкую руку с веснушками, согласился Пахомов.

Света наблюдала в окно, как изменился город. Что-то показывала сыну и Олеське, обнимала обоих детей, а сама глупо улыбалась, глядя на коротко стриженный затылок матери.

«Все хорошо, мой маленький, — прошептала она про себя, обращаясь к будущему ребенку. — Не нужны нам черствые и грубые люди. Пусть и дальше сидят в своей норе».

Она всмотрелась в приближающуюся развилку и пробормотала чуть слышно:

— Мама, а куда мы едем?

— Остановимся у Витьки на даче, — весело сообщила мама. — Он с мальчишками на рыбалку собирался. Да и за городом лучше дышится.

— А я думала, что у бабушки остановимся или у Лины, — пробубнила Светка. — Мне в визовый центр нужно. Олесе шенген сделать.

— Так возьмешь машину и сьездишь, — отмахнулась мать. — А бабушка уже на даче.