Дом у воды

И Свете ничего не оставалось, как тоже зайти внутрь. Она размышляла о поездке в Зарецк. Все прошло успешно. Ей у нотариуса передали документы об опекунстве и загранпаспорт Олеськи, а она, как опекун, заключила долгосрочный договор аренды с Вованом с копеечной оплатой. Все остались довольны и счастливы. А пока Света оформляла бумаги, Гаранин зашел в местный супермаркет и накупил продуктов аж на три месяца.

— Теперь к Михеичу только за хлебом заезжать придется, — довольно хмыкнул он, радуясь, что удалось расплатиться картой Сбера.

И теперь Света лихорадочно соображала, как лучше оформить девочке шенгенскую визу. Что там законы говорят на этот счет? Но лучше написать Эбенхаймам или попросить маму связаться с

адвокатами. Или у крестного узнать? Перед глазами промелькнуло хитрое лицо с высокими скулами и впавшими щеками. Такое дорогое и любимое!

«Точно пора домой», — подумала Света, наблюдая, как Настя Попова хвастается перед Олеськой новыми ботинками. Но ее воспитанница обновку соперницы не оценила и, вытянув ногу, заметила горделиво:

— Такие, как у тебя, вон на полке стоят, а мне специально Света сделала! Больше ни у кого нет. Эслюпсипные…

— Эксклюзивные, — поправила девочку Катерина и заметила весело: — Повезло тебе, Олеська! — А потом, повернувшись к Свете, поинтересовалась: — Ну как дела? Опекунство оформила?

— Ага, — кивнула та, расстегивая куртку и снимая шапку. — Что-то душно у вас, — пробормотала она, стремясь встать недалеко от двери и глотнуть хоть немного свежего воздуха.

— Да как всегда, — пожала плечами Катя и кликнула помощницу: — Ир, замени!

А потом взяла под локоток Свету и настойчиво повела в кабинет Михеича.

— Что-то ты бледная, подруга, — пробормотала Катя, прикрывая дверь. Она хотела добавить еще что-то про авитаминоз, как Света глянула на нее затуманенным взором и начала опускаться на пол, словно куль.

— Э,э, милая, — пробормотала Катерина, подхватывая подружку. — Нехватка витаминов отменяется…

Света пришла в себя через несколько секунд на диване.

— Я потеряла сознание? — выдохнула она, чувствуя запах нашатыря в комнате.

— Ага, завалилась немного, — хмыкнула Катерина. — Видать, осенью кого-нибудь из Арсеньевичей дождемся.

— Если так, — улыбнулась Света, — то я всеми руками и ногами за.

Она не договорила, а Катерина и без всяких слов поняла, что Гаранин — человек тяжелый, и, как воспримет новость, еще не известно.

— Ты только пока никому не говори, — попросила Света подружку. — Может, это и не оно вовсе.

— Как же не оно? — изумилась Катерина. — Уж мне поверь, я всегда точно определяю…

Затем последовал рассказ про Жанку Попову и ее Настьку, а после про какую-то сестру из Петербурга. Света села, заново собрала волосы в хвост и потихоньку встала.