Дом теней

Не слишком приятно заниматься такой работой, особенно если всё, что приходится делать, это распугивать озорников-детей.

Одеваясь, Фредерика посматривала в окно на задний двор и на свои джунгли, но думала она вначале о молодом Брауне, а потом об ещё более молодой Марджи. Размышляя о них обоих, она чувствовала себя старой и эгоистичной. Как легко двигаться по узкой привычной тропке, когда живёшь только для себя. Она вздохнула, глядя на яркую зелень травы на фоне более тёмных кустов и деревьев. Потом попыталась избавиться от не очень приятных мыслей о себе, широко раскрыв глаза и наслаждаясь красотой утра. Лёгкий туман клочьями лежал на земле, как огромные паутины, а небо между деревьями было необыкновенно голубым и безоблачным. Окно было открыто, и лица и рук Фредерики касался мягкий ветерок, насыщенный сладким ароматом зрелого лета. Спокойствие охватило её потревоженный разум, и она почувствовала, что счастлива, как никогда в жизни.

Что случилось с нею за эти недели ужаса, страха и напряжения? Как будто до сих пор она шла в безопасности и спокойствии своей особой дорогой, замыкаясь всё больше и больше в себе и для себя. И вдруг осознала полноту жизни, потому что соприкоснулась со смертью, постигла добро, потому что увидела зло, и стала способна к любви и альтруизму, потому что у неё раскрылись глаза…

У сержанта Брауна на кухне шумно кипел кофе, жарилась яичница с ветчиной.

— О, как хорошо, — сказала Фредерика вместо приветствия. — Вам удалось поспать?

— Доброе утро, — вежливо ответил сержант Браун. — Кстати, спал я очень хорошо и должен как-то это отработать. Поэтому — я приготовил завтрак. Надеюсь, вы не возражаете.

— Возражаю? Мне никогда так не нравился завтрак! Я только боюсь, что потеряю вас. Хоть бы случилось что-нибудь такое, чтобы вы оставались, пока я здесь. Но, наверное, если что-то случится, я буду виновата. Вы ведь не собираетесь уходить из полиции?

— Нет, мэм, — серьёзно и без малейших колебаний ответил Браун.

Фредерика рассмеялась и вдруг подумала, как бы она рассердилась во времена до своего приезда в Южный Саттон, если бы кто-то явился к ней на кухню и стал готовить завтрак без разрешения. А теперь она и правда не возражает, больше того, она рада.

Позавтракав, сержант Браун вытер посуду, и Фредерика спросила, предоставил ли ему шеф свободный день.

— Он ничего такого не говорил, мисс Винг. И я подумал, что вы очень одиноки в воскресенье, Криса сегодня нет, покупателей тоже, поэтому я лучше останусь.

— Ерунда, — сразу возразила Фредерика. — Я пойду сегодня в церковь, — до этого момента такая мысль ей и в голову не приходила, и она сама несколько удивилась собственному решению, но торопливо продолжила: — А потом зайду в гостиницу, поем и проведу день в саду, где меня никто не найдёт.