Дом теней

Она была больше по формату, и страницы, хоть и пожелтели, не распадались, когда её раскрываешь.

«Ричарду на десятый день рождения. 1878. От сестры Бесси. Поздравляю дорогого брата с днём рождения».

Сьюзан записала эти два имени и дату. День рождения, хорошо. Майк сможет отсчитать десять лет.

Теперь перед нею самый длинный ряд. Она положила руку на книгу в красном переплёте, вытащила её и раскрыла.

«Всадники с равнин». Надпись гораздо отчётливей и черней.

«Весёлого Рождества, Джеймс. Превосходная книга. Твой друг Тед. 1914».

Ну, хорошо, у неё теперь есть три даты для Майка. Может, поискать ещё, найти новые даты? Сьюзан разглядывала ряд, стараясь определить, какую книгу могли подарить на день рождения, когда услышала голос Такера:

— И он просто говорил «Красный пояс», и это значило, что будет война?

Младший Вилан проводил пальцами, наверное, ещё липкими от завтрака, по краю витрины, глядя на Майка. Майк был достаточно высок, чтобы смотреть на витрину сверху, а не сбоку.

— Как будто так и было, Так. Племя индейцев посылало вестника с поясами. Он держал в руках пояс и произносил длинную речь. Иногда о прошлом, какое храброе его племя или что-то в этом роде. Потом они ещё долго разговаривали, пока он не доставал пояс с настоящим посланием — красный означал войну, белый — мир.

— Откуда ты знаешь? — спросил Такер.

— Я читал старый дневник, а там много такого. Джекоб Кайделл какое-то время жил с индейцами и много о них знал. Но даже он не мог сказать, что значат все пояса, — Майк махнул рукой в сторону витрины. — Некоторые из поясов очень старые, а люди, которые пользовались ими, помнили, что происходило ещё гораздо раньше. И вот, когда племена разошлись, а те, кто помнил, умерли, никто больше не мог прочесть пояса. А эти использовались во время революции, знаешь, при Джордже Вашингтоне и всё такое.

Американцы хотели, чтобы индейцы не воевали ни на чьей стороне. Они посылали посыльных с поясами, чтобы говорить об этом с индейцами. Был такой англичанин, Вильям Джонсон, Кайделлы его знали. Он построил себе большой дом, похожий на этот, и разговаривал с индейцами от лица короля Георга. Он тоже не хотел, чтобы индейцы участвовали в войне. Но он уже был стар и не очень здоров. И вот в жаркий день индейские вожди и воины пришли к нему. Говорят, он весь день разговаривал с ними и пытался убедить сохранять мир. Но для него это оказалось слишком большим напряжением. В ту же ночь он умер."

"А те, что пришли с ним, думали совсем по-другому. Они сказали индейцам, чтобы те не верили американцам, что американцы лгут, они стараются избавиться от индейцев и завладеть их землёй. И большинство индейцев поверило им и пообещало воевать на стороне англичан. Только одно племя — онейда — не согласилось.