Дом Солнц

— Вы полетите туда? — спросил я, наблюдая за туманом, поднимающимся из расселины.

— Вполне возможно, когда закончу здешние дела. Хватит с меня Андромеды.

— А мы? Вы накажете нас за содеянное?

Стеклянный положил шариковую ладонь мне на спину:

— Ты впрямь думаешь, что нас интересует наказание?

— Мы едва вас не истребили.

— Верно, и это непростительно. Однако мы даруем вам прощение. Зачем быть суперцивилизацией, если изредка не позволять себе такое? Я мог бы столкнуть тебя со скалы и смотреть, как ты летишь в пропасть. Определенное удовольствие я, наверное, получил бы, памятуя, как вы с нами поступили. Только разве это поможет мне достичь истинных целей?

Шариковая ладонь перестала давить, и я чуть подался назад:

— Такого я не ожидал.

— Сюрпризы — это всегда здорово. Разумные существа вроде нас с тобой ради них и живут. — Стеклянный тип рывком поднялся на ноги. — Шаттерлинг, эта галактика нам почти не нужна, забирайте ее. А вот в сеть червоточин за нами лучше не лезть. Хотя бы пару миллионов лет, ну, не пару, а пять-десять. Потом поговорим как метацивилизация с метацивилизацией. Пока постарайтесь не слишком испортить эту галактику. Каким там словом вы этот процесс называете? Перерождение? Должен быть способ получше, согласен?

— Не знаю, — искренне ответил я. — Мы до сих пор копошимся во мраке, пытаемся понять, что значит быть гражданами галактики.

— Ты прав, вам пока рановато. Я не должен быть слишком строг.

— Неужели будет война? Между нами и людьми-машинами?

— Возможно, она уже началась. После тебя в червоточину никто не проникал. Но раз ты прилетел сюда на скорости чуть ниже световой, не исключено, что следом придут и другие. Возможно, они уже потянулись; возможно, потянутся через тысячелетия; возможно, звездамба закрылась. При любом раскладе не сомневаюсь: времена грядут интереснейшие.

— Макровойна охватит весь Млечный Путь?

— Почему непременно так? Войну, даже если она разразится, можно остановить. Враги среди машинного народа у вас определенно есть, но есть и друзья, и сочувствующие вроде Геспера. В этом отношении не считай его уникумом. Прогрессивным элементам человеческой метацивилизации стоит сделать шаг навстречу жителям Машинного пространства. Линии должны занять активную позицию, даже некая истерзанная потерями Линия, у шаттерлингов которой руки в крови.

— Нам конец. Насколько мне известно, я — последний из шаттерлингов.

— Лихнис, ты ошибаешься.

Стеклянный тип начал распадаться на шарики, которые разлетались и таяли в воздухе. Рассыпающейся рукой он коснулся своего лба:

— Что же я раньше не сказал?! Когда ты прошел через червоточину? Чуть более трех тысячелетий назад?

— Примерно тогда, — кивнул я, почуяв недоброе.