Дом Солнц

В космотеках имелась информация о населении ее звезд, о пульсарах, о шаровых звездных скоплениях, даже о типе и местоположении отдельных планет. Может, со временем навигационная система «Лентяя» и могла разобраться в путанице старых данных, экстраполировать их, сопоставить с нынешними наблюдениями и приблизительно определить, где мы находимся.

Рано или поздно я понял бы, куда попал, даже без помощи окрестных галактических вех. В конце концов, я по-прежнему был в Местной Группе. Я велел «Лентяю» разыскать Млечный Путь, любые другие галактики Местной Группы и триангулировать наше текущее местоположение. Пусть будет с точностью до тысяч световых лет — мне бы только понять, в каком спиральном рукаве я нахожусь.

«Лентяй» взялся за дело, а я в ожидании его ответа огляделся по сторонам: ну, что тут интересного? Следов Геспера или «Серебряных крыльев» нигде не было. Плохо это или хорошо, я не знал. Наверное, лучше, чем наткнуться на обломок корабля, но ненамного. Космос молчал, если не считать бессмысленного свиста и стрекота радиозвезд и квазаров. Знакомая мне галактика ежесекундно оглашалась человеческой болтовней, эта же напоминала мавзолей.

«Лентяй» все еще решал мою задачу.

Я заметил планету — она удалялась от нас на скорости в одну треть световой. Солнца при ней не было — либо из-за намеренного перемещения в межзвездное пространство, либо из-за выброса из системы после давней гравитационной встречи. Безвоздушная, изъеденная кратерами планета освещалась лишь звездами. Зато вокруг нее что-то вращалось — пятно пространственного искажения, разверстая пасть червоточины, которая привела меня сюда. Устройство Предтеч, открывавшее пасть, представлялось невообразимым совершенством — его же простым глазом не увидишь. Я велел «Лентяю» вычислить точную траекторию движения планеты, чтобы найти ее снова. Потом спросил, почему так сложно триангулировать Местную Группу.

«Лентяй» пожаловался, что не может найти мою родную галактику. Там, где ей следовало находиться (судя по предполагаемым характеристикам других галактик), был только черный овал в обрамлении россыпи звезд.

Шокированный возможными последствиями этого открытия, я отбросил предрассудки и велел «Лентяю» триангулировать, исходя из того что вторая Пустошь — моя родная галактика. На сей раз ответ был дан моментально.

А я не мог сообразить, почему все вокруг так знакомо. Куда ни глянь, везде нормальные звезды нормальными скоплениями движутся по нормальным орбитам.