Дом Солнц

 — Мы залетели в такую даль!.. не возвращаться же с пустыми руками! — Миноги потащили корабль Калгана к нам. Не в силах справиться с волнением, я барабанил пальцами по столу. — Давай зашлем на «Королеву» зонд.

— Некогда, старик, некогда. Там миллион мест, где мог затаиться Калган. Недели уйдут, если захотим обследовать каждую трещину и щель.

Чистец говорил дело. Раз зондирование невозможно… Я не хотел даже слышать о том, что нам остается в таком случае.

— Не исключено, что это западня.

— Потому тебе и надо было держаться группы преследования. — В голосе Чистеца не слышалось и намека на раздражение — он явно был благодарен за то, что я с ним полетел. — «Голубянка красивая» идет на сближение. Я приготовлюсь к атаке, но защитную оболочку выпущу в самый последний момент. Так все и выясним.

— Не нравится мне это.

— Никто не спрашивает, что тебе нравится. Главное — если операция выйдет из-под контроля, не теряй времени. Если я сам не справлюсь, ты особо не выручишь. Возвращайся к остальным, вместе подумаете, как мне помочь. Но пусть хоть один корабль продолжит погоню — это обязательно.

— Мы уже договорились. С тех пор как Калган атаковал «Серебряные крылья», от Портулак вестей нет, но…

— Она жива, даже не сомневайся.

Чистец позволил миногам подтащить дохлую добычу поближе к «Голубянке красивой». «Лентяй» остался на месте, наши корабли по-прежнему разделяло целых десять тысяч километров. Жабообразный корабль Чистеца был больше «Полуночной королевы», но не настолько, чтобы затянуть ее в грузовой отсек. Чистец привел пушки в боевую готовность, не отключая псевдотягу, а защитную оболочку не выпустил. Еще десять миног выскочили из чрева «Голубянки», чтобы обеспечить тягу, если Чистецу придется активировать защитную оболочку. Сто километров до «Королевы» превратились в десять, потом в один. На последнем этапе мне показалось, что корабли безнадежно слились воедино, словно налетели друг на друга.

Я почувствовал неладное чуть раньше, чем заметил реакцию Чистеца. Либо он растерялся, либо защитная оболочка «Голубянки» оказалась менее эффективна, чем он надеялся, и, пока раскрывалась, съела драгоценные доли секунды. Поврежденный корпус «Полуночной королевы», который распадался на наших глазах и обнажал беззащитные внутренности, раскололся на острые кривые осколки. «Критическое нарушение целостности», — определил я, наблюдая, как сыплется обшивка, а нагрузка терзает искореженный труп корабля. Секундой позже я понял, в чем дело. Беззащитные внутренности оказались внешним маскировочным слоем, который осыпался вместе с фальшивым корпусом. Настоящий корпус скрывался под ним, темный, гладкий, неповрежденный. Этакий кинжал в двойных ножнах.

— Чистец! — закричал я.

Поздно, беда уже случилась.