Дом незнакомцев

Июль цвел пышным цветом, и в свободное от работы в офисе время она читала Джинджеру книги на залитых солнцем лужайках клиники и рассказывала о диких животных и незнакомых птицах, часто навещавших длинные берега Норфолк-Броде. Еще он любил слушать о морском побережье, потому что никогда не видел моря и не играя на песке с ведерком и лопаткой, и Марни описывала ему Ярмут от начала до конца, рассказывая, как ветер раздувает мелкий песок и как большие прыгучие волны накатывают на берег, блестящий пиратским серебром. Джинджер обладал цепким, быстрым умом и с огромным удовольствием, выслушивал красочные рассказы Марни. Один из них в особенности нравился мальчику, в нем говорилось о Поле Стиллмене.

Однажды он довольно долго стоял и беседовал с ними, а когда его вдруг отозвала медсестра, Джинджер прижался личиком к шее Марни и спросил, почему у мистера Стиллмена такая большая дырка в подбородке.

Буйное воображение Марни без труда снабдило ее объяснением, и ямочка на подбородке ее работодателя превратилась в пещеру, в которой живет заколдованная принцесса с полпенни ростом. Иногда в погожую погоду, уверяла Марни Джинджера, ее можно увидеть сидящей на ракушке и расчесывающей длинные черные волосы.

Осматривая мальчика, Пол, должно быть, частенько удивлялся, почему тот, словно зачарованный, не отводит взгляд от его подбородка, когда Джинджер доверчиво рассказал эту историю Аде Баррингтон, она не увидела в этом ничего хорошего и пересказала ее Полу на утреннем сеансе массажа спины.

— Я всегда думала, что там живет дьявол, — фыркнула она, и Пол отплатил ей тем, что ущипнул там, где ее долгое время уже никто не щипал.

— Я теперь исправился, Ада, — сказал он. — В октябре я женюсь.

— В октябре, да? Полагаю, ваша очаровательная Илена получит все, что положено? Подружки невесты? Мальчики из хора? Ведра шампанского?

— Да! Я был настроен на что-то более быстрое и менее шумное, но Илена будет выглядеть сказочно, так что, полагаю, придется мне мучиться в брюках в полоску, но будь я проклят, если надену цилиндр.

— Как дела у младшей сестры Илены?

— Руки у нее зажили, но мне кажется, что у нее разбито сердце, Ада, а в лечении таких болезней я не специалист.

— Сердца никогда не вылечишь до конца, Пол. — Внезапно в голосе Ады Баррингтон зазвучала более серьезная нотка. — Нет, никогда их нельзя починить, хотя их можно склеить, как разбитую вазу, и, если не подходить близко или не обращаться слишком грубо, они вполне сойдут за целые.

— Можно подумать, что вы знаете это на личном опыте, Ада.

— Я потеряла любимого человека в Йоханнесбурге сорок лет назад и так до конца это и не пережила. Ах, теперь мне лучше, Пол. Намного легче.