Дом на окраине

Я ходила с проснувшейся Дариной по кухне и помешивала томящуюся на плите жидкость, когда вернулся Корсаров. Он встал в дверном проеме и, прищурившись, принялся меня разглядывать. Мне тут же стало не по себе.

— Что? — Спросила нахмурившись.

— Скажите, Кира. Вы никогда не выполняете просьбы старшего поколения? — Внезапно спросил он.

Я немного стушевалась, но потом возмутилась.

— Вы не похожи на дедушку.

Он как-то странно скривился.

— Не похож. — Согласился. — Но что вам мешало просто отдохнуть, вместо того, чтобы переделать кучу дел, которые мог сделать я?

Я вздохнула и выключила плиту.

— Потому что могу. — Ответила просто.

— А отдыхать не можете? — Он многозначительно посмотрел на кастрюлю.

— Не могу, — созналась честно.

Геннадий задумался о чем-то своем. Я только плечами пожала и повернулась, чтобы уйти в комнату.

— Куда? — Раздался позади меня вопрос. Я возмущенно повернулась. — Я хотел сказать, что вам нужно поесть. Обед уже.

Я кивнула на Дарину.

— Дочь не спит. Уснет, потом поем. — И снова сделала шаг по направлению к комнате.

Вот только у мужчины были другие планы. Он в два шага оказался рядом со мной.

— Давайте ее сюда.

— Что? — Опешила я.

Корсаров тихо выругался, подошел к раковине, быстро вымыл руки и протянул их ко мне.

— Давайте Дарину сюда. Я ее подержу, пока вы обедаете.

Я даже рот открыла от такого предложения.

— Спасибо, конечно, но….

Кажется, я допекла мужика своей самостоятельностью, потому что он вновь оказался рядом со мной и просто отобрал у меня ребенка. Уложил на себя и принялся легко покачивать.

— Садитесь за стол, Кира. — Приказал строгим голосом.

Дарька притихла на его руках. Я скрипнула зубами и… подчинилась. Уже орудуя ложкой, костерила себя за мягкотелость. Ну что мне мешало настоять на своем? Что за неспособность сказать нет, когда на тебя давят?

Корсаров все это время находился в поле моего зрения, покачивая уснувшего ребенка. Он внимательно следил за мной, как будто женщина, потребляющая в пищу обычный суп, могла вызвать какой-то интерес. Чуть не подавилась от таких мыслей, но, кажется, Геннадию было наплевать на мое смущение и возмущение.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Все. — Отодвинула от себя пустую тарелку и встала.

— А чай? — Поинтересовался он.

— После супа? — Удивилась.

Не дождавшись ответа, сполоснула тарелку и протянула руки к дочери. Мне показалось, что Геннадий не хотел отдавать ребенка, но заставил себя сделать усилие и вернуть Дарину мне. Мысленно отругала себя за излишнюю мнительность.

— Тоже пообедайте. — Порекомендовала перед тем, как скрыться в комнате.