Дом на берегу океана

Да, но ведь ни голландцам, ни испанцам, ни португальцем на фиг не нужны были пустые земли! Их и так уже было открыто более чем достаточно. Ценность представляли только населенные, жителей которых можно было заставить работать на себя. И в этом смысле наша колония наверняка покажется лакомым куском любому гостю из Европы.

Однако первые гости явились к нам не с запада, а чуть ли не с прямо противоположной стороны. Случилось это событие через полтора месяца после высадки, когда мой дом был закончен и мы приступили к постройке сразу всех остальных, на первое время запланированных в городе, общим числом три. Как раз когда я закончил разметку фундамента для третьего дома, зашипела висящая на поясе рация ближней связи, и вскоре я, офигевая, слушал доклад вахтенного с «Мечты»:

— Вижу моторный корабль в семи километрах на юго-восток!

У меня выпал из рук электронный уровень. Ну сами представьте: сидите вы в далеком шестнадцатом веке. Вокруг лепота. До появления первого парохода больше двухсот лет, да и то он начнет бороздить воды Гудзона, а вовсе не Бассова пролива! А тут на тебе — говорят, плывет. И куда бежать — к дому, где оружие, или к лодке, чтобы побыстрее оказаться на «Мечте»? Наш катамаран собирался сделать заход за рыбой и потому стоял не в лагуне, а на внешнем рейде у входа в нее. Блин, вот что значит отсутствие документа, в котором написано, кто и что делает по тревоге! Говорил же мне дядя Миша, что его надо побыстрее составить, да все как-то не доходили руки.

Пока лодку спихивали на воду и заводили мотор, я успел сбегать домой за автоматом, хоть на «Мечте» и оставалась одна маузеровская винтовка.

Путь через лагуну занял двадцать минут, и в конце его пришел еще один доклад от Власа:

— Кажется, корабль терпит бедствие! Раньше у него с кормы шел дым, а теперь перестал, люди столпились на корме, корабль уносит в океан!

— Размеры у него какие? — рявкнул я.

— Метров восемь в длину, ширину определить трудно, он очень низко сидит.

— И почему ты решил, что этот корабль моторный?

— Потому что похож на наш «Богатырь»! Парусов нет, мачты нет, на корме что-то дымит — все как у него.

Тьфу! Я сжал зубы, чтобы не расхохотаться. Вот ведь молодое поколение растет, весел не видело! Для Власа любой корабль может быть или парусным, или моторным. В те далекие времена, когда меня на острове еще не было, а Тонга с Манюней выходили в океан на двух связанных бревнах, Влас был совсем маленьким и уже почти ничего не помнит.

Вскоре я, поднявшись на крышу каюты нашего катамарана, рассматривал в бинокль «моторный корабль». Интересно, а ведь это, кажется, не совсем плот! Две… нет, три каких-то явно гибких колбасы, связанные между собой. Экипаж… сколько же их там… ага, семь человек.